Когда отчий дом – чужой

В последние дни декабря в КУ «Городской специализированный дом ребенка № 1» попали брат и сестра, которые родились в течение одного года. Они стали четвертым и пятым ребенком одной мамы, оказавшимися здесь. В отношении трех старших женщина уже была лишена родительских прав. Одного малыша усыновили, другой нуждался в серьезной операции и после ее проведения был переведен в специализированное детское учреждение. 

Судя по всему, никаких выводов безответственная мать не сделала. Родив еще двоих детей, она не собиралась ими заниматься. Но наше гуманное законодательство вновь отвело ей полгода на то, чтобы остепениться и забрать малышей домой.

В этой связи хочется задать вопрос: сколько же испытательных сроков положено женщине, которая явно не собирается становиться любящей и заботливой мамой? И почему наши законодатели, отстаивая права подобных матерей, не учитывают, каким издевательствам и опасностям они подвергают детей, всеми путями стараясь оставить их с той, кому они не нужны?

В минувшем году было усыновлено 36 подопечных Дома ребенка № 1. Пятнадцатерых вернули биологическим родителям, семерых передали под опеку, четверых перевели в другие учреждения социальной защиты (в основном потому, что они уже достигли семилетнего возраста).   

Кроме того, в 2016 году было пять случаев, когда дети, вернувшись к своим биологическим родителям, затем вновь оказались в социальном учреждении. Наиболее частыми причинами этого становятся деньги. Дело в том, что при поступлении малыша в дом ребенка на его имя открывается специальный счет, на котором накапливаются средства. Доказав свое право вернуть малыша в семью и забрав его, родители первым делом торопятся в банк, снимают все эти накопления и стремительно их тратят. Чаще всего не на ребенка, а на гулянки, приобретение товаров. А социальные службы вновь вынуждены забирать у них ребенка, помещая его в социальное учреждение. 

Главный врач Дома ребенка № 1 Валентина Карташова за годы работы видела очень многих детей, искалеченных родителями и обстоятельствами. Они боялись засыпать по ночам и играть со сверстниками, плакали, вздрагивали от любого шороха, не умели улыбаться и разговаривать. Все эти физические и моральные травмы чаще всего наносили им горе-родители и такие же родственники. И требуется немало времени, чуткого, бережного отношения к ребенку, чтобы ему удалось забыть пережитые испытания, залечить травмы, могущие сделать его несчастным на всю жизнь. 

Между тем, как бы не понимая всего трагизма ситуации, отечественное законодательство не только обеспечивает лишенным родительских прав мамам бесконечное количество возможностей возвращать ребенка себе, но и закрепило норму, в соответствии с которой братья и сестры должны усыновляться только в одну семью. 

– Усыновление в одну семью считаю необходимым, когда идет речь о детях-одногодках, а также о тех, кого одновременно забирали у родителей и родственные связи между ними не нарушены, – считает Валентина Карташова. – Желающих взять сразу нескольких детей находится не так много. Троих братьев и сестру у нас забрала пара из Италии. Киевляне стали родителями брата и сестры – всего в этой семье теперь четверо детей. Но чаще люди решаются взять только одного малыша. И потому родные братья и сестры, оказавшиеся в разных домах ребенка и интернатах, не общающиеся между собой, могут так всю жизнь безуспешно прождать появления приемных родителей, готовых забрать их всех сразу – уже ставших, по сути, чужими – и восстановить их родственные связи. На мой взгляд, наше законодательство о правах детей должно быть более дифференцированным, должно учитывать особенности судьбы каждого ребенка, чтобы не обрекать его на воспитание в стенах интерната без шанса найти новую семью и стать по-настоящему счастливым.

Потенциальных усыновителей сегодня больше, чем детей, которые могут быть усыновлены, – продолжает Валентина Карташова. – Зачастую это происходит потому, что служба по делам детей, особенно областная, плохо справляется со своими обязанностями. То неправильно оформили документы, то затянули оформление статуса ребенка, подлежащего усыновлению, то не проконтролировали ход розыскных мероприятий по поиску родителей (без этого нельзя поставить малыша на учет по усыновлению), то слишком много шансов на исправление дают биологическим родителям, которые не исправятся никогда, продолжают вести асоциальный образ жизни и калечить ребенка. Из 86 подопечных две трети – это дети из области, и без участия службы по делам детей в их судьбах не обойтись.

Действительно, в сельской местности многие люди достаточно спокойно относятся к пьяным разборкам в многодетных семьях, к насилию над детьми, к тому, что они часто бывают голодными, занимаются тяжелым физическим трудом и не ходят в школу. Должно произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы окружающие забили тревогу и поставили вопрос о лишении родительских прав тех, кто ничего хорошего в жизнь своих детей не привносит. Но и защитников, утверждающих, что даже плохая семья лучше интерната, в таких случаях тоже находится немало. Ярким подтверждением этого становятся многочисленные телевизионные ток-шоу, в которых теряющих человеческий облик родителей долго и нудно убеждают вспомнить об их обязанностях по отношению к детям. Хотя уже с первых минут эфира становится ясно: люди совершенно не понимают, чего от них хотят. 

Анализируя зарубежный опыт, приходится констатировать: там родителям позволяют гораздо меньше «экспериментировать» над детьми. Асоциальное поведение взрослых практически сразу приводит к решительному вмешательству соответствующих служб, призванных заботиться о качестве и уровне жизни подрастающего человека.

У нас же, одновременно с ростом количества подкидышей и выявленных случаев жестокого обращения с детьми, появляется больше людей, готовых взять на воспитание чужого ребенка. 

Четверых воспитанников Дома ребенка № 1 забрали семейные пары, которым врачи поставили диагноз «бесплодие». Вскоре после этого, вопреки всем прогнозам, у них появились и свои дети. Иначе как чудом это назвать нельзя.

Люди, помогающие проблемным малышам, волонтеры, тоже чаще стали усыновлять тех, о ком заботились.

Так, близняшек Яну и Надю, удочерили волонтеры из Киева. Сначала они помогали в уходе и содержании девочек, а потом так привыкли к малышкам, что уже не захотели с ними расставаться. 

Конечно, законодательство о защите прав детей должно стать более гибким, в нем следует учесть особенности современной ситуации в Украине, чтобы детей не мучали недостойные родители и проще было найти им новый дом, если отчий родным так и не стал.    

Рубрика: 
Выпуск: 

Схожі статті