Свет личности

В письме в редакцию с грустной историей о том, как человеку не была вовремя оказана медицинская помощь, прочла фразу: «Стремясь войти в европейскую семью полноправным членом, хорошо бы забыть и о советском небрежении человеческими жизнями…». И подумала: личность, если она таковая, остается собой в любых условиях, и ей незачем прятаться за несовершенства политической системы, за непродуманность реформ, за недостаточное финансирование… В любой профессии личность действует по своим нравственным установкам.

Наткнулась в интернете на сообщение, которое всколыхнуло мою память: депутаты Болградской городской рады своим решением присвоили звание «Почетный гражданин города Болграда» известному в районе врачу-хирургу Давиду Мироновичу Гиндентулеру. 

Почти сорок лет Давида Мироновича нет среди нас, а добрая и благодарная память о Большом Докторе не просто жива, но разнеслась из маленького городка по миру – вместе с бывшими пациентами. Именно благодаря ему я не осталась в детстве сиротой. 

Беда пришла в день праздника. Седьмого ноября колонны демонстрантов собирались на главной улице города, руководство района и самые заслуженные люди поднялись на трибуну. А в это время машина скорой помощи везла маму в районную больницу с перитонитом. Дежурный врач выполнить операцию по каким-то причинам не мог (очевидно, он не был хирургом). Мой отец метнулся на главную площадь города к трибуне, где уже стоял главный врач районной больницы. Ясное дело, милиционеры его не пустили, но записку доктору передали. Давид Миронович спустился в праздничное многолюдье, почтительно расступившееся перед массивной фигурой врача, нашел отца и сказал: «Беги на «скорую», скажи, пусть позвонят в больницу и готовят операционную: я скоро буду». 

Колонны демонстрантов еще проходили мимо трибуны, отвечая на праздничные приветствия руководства, а Большой Доктор уже стоял за операционным столом, спокойно требуя – скальпель, зажим, тампон… 

След его скальпеля я ношу на себе более полувека. Хорошо помню, как маленькой девочкой папа привел меня в больницу, как мы сидели в длинном коридоре на скрипучих стульях, а потом зашли в светлый кабинет и я впервые увидела глаза, рядом с которыми спокойно. Через несколько дней эти же глаза, ироничные и добрые, смотрели на меня сквозь линзы очков поверх белой маски… Через двадцать лет я снова случайно окажусь в этих же стенах и увижу те же глаза, но уже усталые: операцию делали молодые руки ученика, а гарантом благополучного исхода оставался он – Большой Доктор.

Можно перечислить немалые заслуги доктора Гиндентулера, усилиями и авторитетом которого прирастала болградская районная больница, бессменным главврачом которой он был с 1945-го по 1978 год. В 60-70-е годы прошлого века по его инициативе создавалась сеть так называемых колхозных больниц и здравпунктов в селах района, впервые не только в районе, но и в области, и в Украине появились детские молочные кухни, увеличивался и воспитывался на личном примере кадровый корпус медиков, в том числе и организаторов здравоохранения… Но наш разговор оттолкнулся от фразы о «небрежении человеческими жизнями». И в этой связи в моей памяти есть еще один эпизод, связанный с деятельностью Давида Мироновича. 

Была у меня знакомая старушка. Блокадница, инвалид, бездетная вдова. Летом она работала специалистом-энтомологом в одном из местных хозяйств. А зимой оставалась одна в квартире с печным отоплением. Приехав как-то к родителям на каникулы, я решила навестить свою любимую собеседницу: обе мы были заядлые театралки. И нашла ее в добром здравии, чистенькую, накормленную и обогретую в одной из сельских больничек, куда ее устраивали на обследование в самое холодное время года.

Все это память из тех времен, когда благодарность докторам состояла из одного слова – «спасибо».

Рубрика: 
Выпуск: 

Схожі статті