Страх и Госстрах

На тонкий вопрос, что должен делать уважающий себя джентльмен и состоящая при нем леди, обзаведшиеся праведным (и не очень) имуществом, жители Одессы посылают за ответом… к Дюку, как у нас именуют памятник герцогу Ришелье.

Исторические документы свидетельствуют: «Открылись старанiями Ришелье две конторы: морского страхованiя въ 1806 году, Императорское страховое общество и Греко-русское общество въ 1808 году, давшiе во время развития транзита чуть ли не более 100 % чистой прибыли на акцiю».

Уже к середине 70 годов XIX века в городе размещается ряд агентств страховых обществ: «Российское І-е» и «Российское ІІ-е», «Коммерческое», «Сала­мандра», «Русский Ллойд» и другие.

В путеводителе Карла Вис­ковского за 1875 год содержится особый раздел: «Страхованiе жизни и капиталовъ от градобитiя», где фигурируют конторы: «Русское» – Полицейская, 24, «Якорь» – Греческая, 16. 

В качестве примера можно назвать и «Одесское общество взаимного страхования», устав которого учрежден в июле 1881 года, а приступило к страх-деятельности в декабре того же года.

Потенциальные клиенты прочли строки рекламы: «Общество принимаетъ на страхъ (так в тексте – авт.) всякого рода движимыя и недвижимыя имущества». Особенно привлекал сервисный момент: «При обществе знающие дело трубочисты».

Клиенты приходили на Италь­янскую ул., 27, в домовладение г-на Грубера, где узнавали, что «взаимному страхованiю городомъ дана гарантiя в 150000 рублей». Вскоре выяснилось, что 150000 «съежились» до реальных 3000 рублей. Зато здоровая конкуренция привела к тому, что,  по свидетельству источников, 

«…акционерныя общества тот часъ же стали ущемлять свои страховыя премiи».

Уже в год открытия «Одесское общество взаимного страхования» имело «на страхе» 904 недвижимых имущества, застрахованных на 13 млн 634 тыс. руб., а к началу ХХ века эта сумма превысила 40 млн руб. 

В этот период развернулось и «Варшавское страховое от огня общество», чей одесский офис располагался в Воронцовском пер., 11. Его клерки разъясняли потенциальным погорельцам, что к указанному названию нужно добавлять «Высочайше Утвержденное...». А главный агент в Одессе мосье Шретер сообщал, что общество принимает «на страх» не только целые фабрики и заводы, но и «сельскохозяйственное имущество и продукты». Мы не знаем, страховало ли это общество предметы, которые в этом городе панибратски называются «рыжье и брюлики», то есть золото и бриллианты. Так или иначе, вскоре необходимость страховки драгоценностей заявила о себе во весь голос.

Бесстрастные документы свидетельствуют о событиях в ночь с 15 на 16 июня 1898 года: «Во время работы на крыше пожарный Бульварной части М. Чер­нелевский свалился въ слуховое окно и получилъ сильныя ушибы… пламя перебралось на домъ Пурица, находившiйся на улице Дерибасовской уголъ улицы Ришельевской (ныне Госбанк – авт.)» А господин Пуриц был владельцем крупнейшего магазина «серебряных, золотых, бриллиантовых вещей и карманных часов». После пожара и он, и самые отъявленные пессимисты ринулись страховать имущество.

Не обходилось без мошенничества.

И.П. Пойманов в труде «Ушед­шая Одесса» засвидетельствовал: «Делалось это так: не очень богатые люди брали в ломбарде и аренде дорогую и лучшую французскую мебель, ковры и другую обстановку, обставляли 4-5-комнатную квартиру, страховали, потом все взятое возвращали в ломбард, а квартиру обставляли чем попало и поджигали. Потом, после пожара, страховое общество выплачивало страховку».

Но и страховые компании не дремали: «Расходныя суммы для пожарной команды отпускала не только Городская Дума, но и страховые общества».

Гласный Осип Чижевич в нашумевших «Воспоминаниях старожила» привел пример успешного задержания страх-вора: «При одномъ пожаре поджигатель не успелъ уйти... упалъ съ крыши на руки пожарныхъ, со спичками и разными препаратами для поджога. Улика была на лицо… поджигатель былъ преданъ военному суду и разстрелянъ публично на площади. Этотъ примерь вдругъ прекратилъ пожары и надолго отбилъ охоту к подобнымъ аферамъ».

Но подлинный ренессанс страхового дела наступил в начале XX века, и в соответствующих справочниках можно найти десятки фирм, оказывавших разнообразные услуги. Вот лишь некоторые:

«Волга» – Ришельевская, 17.

«Генеральное общество страхования жизни» – Греческая, 5.

«Нью-Йорк» – Екатерининская, 25.

«Петербургское» – Софиев­ская, 21.

«Помощь № 1» – Нежинская, 59.

«Помощь № 2» – Ришельевская, 17.

Причем, если «Помощь № 1» включила «страхование стекол», то «Помощь № 2» обеспечивала услугу «страхование отъ кражъ со взломомъ». Главный агент Яков Ротштейн гарантировал «страхованiе кассъ и денежныхъ шкафовъ» с оговоркой: «Каковое страхованiе въ особенности рекомендуется лицамъ и учрежденiямъ, хранящимъ чужое состояние и поэтому отвечающiм за таковое». В местности, где вослед за мадам С. Блювштейн (урожденной Соломониак) – она же Сонька Золотая ручка, начал орудовать г-н Винницкий – он же Мишка-Япончик, такая услуга показалась нелишней, а для сомневающихся реклама гласила: «Обществомъ уплачено по убыткамъ отъ кражъ со взломомъ въ свыше 1100 случаевъ – более 800000 рублей вознагражденiя».

Кроме перечисленных обществ, в 1905 году было учреждено Черноморское общество взаимного страхования судо­владельцев от несчастных случаев с их рабочими и служащими». Правление располагалось на Дерибасовской, 5, где принимал посетителей лично «председатель А.А. Анатра» и «управляющий З. Зельцер».

Оказываемая услуга расшифровывалась так: «Страхование судовыхъ командъ, рабочихъ по сплаву леса, тяге судовъ бечевою (бурлаки? – авт.), на паромахъ, землечерпательных работахъ».

Но в ряду таких страхфирм, как «Эквитебль» (Екатерининская, 6), «Саламандра» (Ришельевская, 11), «Северное» (Греческая, 16), выделялось расположенное на Дерибасовской, 10 страховое общество «Россия». Не только офис на первом этаже, но и весь огромный дом на самом престижном углу Одессы числились за ним. «Россия» была отмечена даже в энциклопедиях и конкурировала с крупнейшей американской фирмой «Пруденшл иншуренс и Ко».

Под чутким руководством председателя Якова Матвеева общество наладило массовый выпуск рекламных календариков, доныне хранящихся у одесских коллекционеров, из которых потрясенные клиенты узнали, что отныне страхуются не только стекла, но и ...зеркала. Памятуя о пожаре 1898 года, золототорговец 

А.Я. Пуриц на Пушкинской, 5 основал общество «Пуриц и Рубинштейн (тел.7-48)». По указанному телефону могли обратиться «недостаточные студенты» коммерческого училища им. Николая I, чьим попечителем как раз и числился Александр Яковлевич. Обращался ли за страховкой студент Изя, еще не ставший автором «Одесских рассказов» Исааком Бабелем?

Но особенно ценилось у одесситов «Одесское общество взаимного вспомоществования на случай смерти», обосновавшееся на Троицкой, 28. Еще до того, как у Ильфа с Петровым «прорезался» легендарный гробовщик Безенчук, одесситы узнали: стоимость ритуальных услуг «по высшему разряду» в случае «ускорения реформ» будет оплачена, как говорят в южном городе, «посреди тут».

Одним из популярнейших страховых обществ предреволюционной поры стала «Жизнь», реклама которого гласила: «Россiйское общество застрахованiя капиталовъ и доходовъ. Управляющiй Фрумкинъ Н.Е. Преображенская, 11».

Возле управляющего по означенному адресу вертелся сынишка Шурик. Видимо, дела шли неплохо, и на дивиденды от страхбизнеса удалось получить неплохое образование – Шурик подрос и стал всемирно известным электрохимиком Александром Наумовичем Фрумкиным (1895-1976), а по совместительству – одним из супругов писательницы Веры Инбер.

Как и в случае с «Россией», «Жизни» принадлежал весь огромный, построенный в виде треугольника дом на Преображенской угол Елизаветинской (Щепкина).

В 1918 году все страховые общества Одессы (накануне революции около 30) были национализированы, а страхование объявлено «государственной монополией».

В первом, изданном после революции, гражданской войны и интервенции, справочнике находим:

«Губернское социальное страхование (Губ Госстрах), 

ул. Бебеля, 10, тел. 6-24, заведующий В.П. Эрлих, заместитель Т.М. Бельграй». Там же – «Губернское управление социального страхования (Губ соцстрах), ул. Пастера 25, тел. 6-74, заведующий И.А. Боркун, секретарь И.Л. Куперман».

Были открыты районные страховые кассы:

1. Пересыпская – Московская угол Лесной.

2. Молдованская – Старо­портофранковская, 36.

3. Городская – Р. Люксембург, 19.

Многие старые страхслужащие перешли в новые учреждения, берущие «на страх» рядовых граждан и национализированную соцгоссобственность.

Сегодня рынок страховых услуг в Одессе» обширен и разнолик, но это уже совсем другая история.

Валерий Нетребский, краевед; Валерий Шерстобитов, член НСЖУ

Рубрика: 
Выпуск: 

Схожі статті