Уровень цивилизации сегодня вошел в парадоксальную фазу, когда
казалось бы бесспорные явления природы становятся темой острой полемики, которая так и не может завершиться окончательным рациональным решением. Будет ли выполнено ожидаемое решение, зависит от наличия средств, а выделение средств будет рассмотрено в зависимости от качества решения.
Даже такой зеленый уголок нетронутой природы, каким является Дунайский биосферный заповедник (ДБЗ) под Вилково, становится полем разноречивых мнений. Одно из них, которое охватывает основную проблематику существования заповедной территории, высказывает директор ДБЗ, кандидат биологических наук Александр Николаевич ВОЛОШКЕВИЧ. Поводом к разговору послужил пятилетний юбилей ДБЗ, отмечаемый в августе этого года. Первое, что отметил директор, это необходимость охранять заповедник площадью 146 тысяч гектаров от посторонних посягательств. Как ни странно, выполнение этой очевидной задачи вызывает немало сложностей. Прежде всего, охрана осуществляется вахтовым методом: то есть людей завозят на территорию, они остаются здесь жить без удобств, без света, с недельным запасом своей воды и пищи до того, как им пришлют смену. Ситуация осложнилась с присоединением к заповедной зоне острова Ермак. Долгое отсутствие на нем охранного режима сделало его привлекательным для браконьеров, <крутых>новых украинцев. Глядя на применяемые ими электрические удочки, трудно поверить в популярную теорию, что люди идут на нарушения установленных правил промысла из-за того, что им нечего есть. Между тем, законы о рыболовстве, сроках охоты, нормах вылова и отстрела если не игнорируются ими, то попираются по многим пунктам. Свобода, превращенная ими в анархию, усложняет борьбу с этой неуправляемой категорией лиц. Бывает, только под прицелом автоматов пограничников, призванных на помощь, можно заставить их положить ружья на землю. Судебные тяжбы с ними, как правило, затягиваются на неопределенное время.
Браконьеры бесчинствуют! В прошлом году в порядке мести был подожжен дом инспектора охраны ДБЗ, он чудом успел вытащить из огня своих детей и старую мать.
Всего в штате 13 охранников, которым без преданности и любви к своей работе в этой должности не продержаться. Но энтузиастов, как известно, мало. Зарплату им, правда, выдают, но более никакой финансовой поддержки администрация заповедника не получает. Выживание происходит по схеме самофинансирования, что выражается в оказании ряда платных услуг.
Сотрудники по мере сил занимаются экологическим воспитанием людей, видя в этом более надежный способ защиты природы. Но плоды образовательного процесса укореняются в массовом сознании до обидного медленно. Как это не похоже на поведение немецких или австрийских туристов, приезжающих в вилковские места, которые азартно забрасывают спиннинги, вытаскивают карпа, благодарно целуют его и отпускают обратно. Им интересно побывать на постоянно намываемой течением земле - совершенно новом участке Европы.
Между прочим, как отметил А.Н. Волошкевич, у туризма в заповедной зоне большое будущее, если его как следует развить. Сегодня организационный опыт в этом отношении перенимается у голландцев: их городок Хидгар стал побратимом Вилково и теперь на своем примере показывает, как можно иметь у себя до полутора миллионов туристов в год.
Важным источником дохода в заповеднике может стать и добыча тростника. Он обладает свойством адсорбировать грязь, таким образом, крыша, изготовленная из него, очищает жилище. Эта особенность родила много зарубежных заказчиков нашего тростника. В свою очередь, администрация ДБЗ гарантирует обеспечить до тысячи рабочих мест по заготовке этого ценного материала. Сильный мужчина может выработать на плантации от 30 до 50 гривень в день. К сожалению, честный труд не вдохновляет браконьеров, привыкших к нелегальным барышам. Интересно и другое: насколько долго можно добывать тростник в промышленных масштабах и как регулировать его вырубку?
Думается, на эти вопросы может ответить наука. Она является еще одним из направлений развития заповедника. Ученые здесь, проводя мониторинги, отслеживая перемены в окружающей среде становятся летописцами природы и аналитиками, как рационально использовать ее ресурсы.
Наконец, и ученых, и всех остальных жителей Придунавья, Одесской области да, пожалуй, и Украины не может не касаться вопрос о строительстве канала, который должен соединить Дунай и Черное море. На повестке дня сегодня два наиболее заслуживающих внимания проекта: один - разработанный госпредприятием <Дельталоцман>, согласно которому канал следует прокладывать по гирлу Быстрое, второй, принадлежащий Национальной академии наук, несет предложение использовать для этой цели Соломонов рукав, выходящий в Жебриянскую бухту. Главным разработчиком последнего является директор ПКФ (производственно-коммерческая фирма) <Проектгидрострой>Велемир Порфирьевич Зизак.
Не будучи экспертной организацией по вопросам гидротехнических работ, редакция не берется формировать определенное мнение в пользу той или иной разработки. Поэтому ограничивается тем, что приводит ряд доводов, высказанных А.Н. Волошкечичем, что отображает его взгляд на проблему.
В строительстве канала по гирлу Быстрое ученый видит несколько отрицательных последствий. Согласно его словам, первое, что произойдет
- это перераспределение стока, в результате чего вскрытие мощного трехкилометрового бана перед мелководьем ( то есть перед гирлом) приведет к тому, что другие мелкие гирла исчезнут. Далее - предвидится огромный объем работ: для примера, на Прорве ежегодно вычерпывалось по 4 млн куб. метров грунта. Насколько это было трудоемко и с какими материальными затратами было связано, известно всем. Теперь на новом строительстве понадобится вынуть 7 млн куб. метров грунта. Но поскольку течения в этом водном ареале движутся слева - направо, здесь будет высокая заносимость, то есть постоянная чистка дна. А значит и постоянные затраты на землечерпание. К чему это приведет? Возможно, в будущем (через 4 - 5 лет) Быстрое постигнет печальная судьба Прорвы.
Далее было сказано, что в прорытом канале нужно будет укрепить берега и поставить ограничительные дамбы. От этого стоимость гидросооружения возрастет на 62 млн. гривень. Что касается судоходства, то аналитики из академии наук не предполагают, что суда пойдут по этому каналу, поскольку им придется делать лишний путь в 400 км.
Беспокоит и состояние ДБЗ, так как движение судов по рукаву, пролегающему по территории ДБЗ, неизбежно приведет к загрязнению среды и нарушит нетронутое царство природы. В пользу альтернативного проекта по Соломонову рукаву было сказано то, что он планируется со шлюзами, то есть заносимость его будет низкой, и он будет проходить по коренному материковому берегу. Это облегчит строительство дорог к будущему порту, который должен быть здесь обязательно построен, чтобы экономически оправдать существование канала.
Это - ряд тезисов. Спор изобилует контраргументами, но пока решение на правительственном уровне не принято, то есть реально выделенных денег на строительство нет, выступления в прессе, похоже, несут дискуссионный характер. Параллельно существуют мнения о том, что нужно существование сразу двух предложенных каналов, и что канал вообще не нужен, а взамен следует договориться с Румынией о льготных судопроходах по их Сулине. При этом всем огорчительно было слышать от директора ДБЗ информацию о давлении, которое на него оказывают в процессе обсуждения различные комиссии со стороны КРУ, налоговой инспекции, Генеральной прокуратуры и областной прокуратуры, а также телевидения и <Одесских известий>, которые дают о его работе сюжеты клеветнического содержания.
