Профессор медицины Филипп Филиппыч Преображенский из булгаковско-

го "Собачьего сердца" - типичнейший доктор: старичок, в меру моложавый, философией балуется, афоризмы изрекает, сто граммов перед обедом употребляет:

Начальник санитарного поезда из романа Веры Пановой "Спутники" (и телесериала Петра Фоменко "На всю оставшуюся жизнь") - тоже типичен: бородка, легкое покашливание, обращение - "знаете ли:", протирание стекол в очках опять же:

А вот ведь нетипичный оказался доктор - главврач госпиталя инвалидов Великой Отечественной войны Валерий КУЛЕБАБА.

И курить он - не курит вот уже десять лет, и если пьет - так чуть-чуть, в пределах разумного, и вальяжную врачебную свою каюту на фешенебельном круизном лайнере променял на обычный кабинет. Да еще где

- в госпитале для ветеранов-инвалидов. Сразу понятно: средний возраст контингента - хорошо за семьдесят, а, значит, и среднее материальное положение - из категории "ниже некуда". При всем желании не разживешься тут, не забронзовеешь. Крутись-вертись, главврач, да только очередь на твои четыре с половиной коечных этажа - похлеще, нежели на вступительных экзаменах в институт кинематографии. Еще не так давно была надежда на расширение, на строительство нового корпуса, но: землю, под этот корпус присмотренную, выкупили другие, теперь там дачи будут, крутые дачи - "престижные", как водится. И медицинского персонала когда-то было под двести человек, сегодня же - едва за полтораста. Потому как, вопервых, штатное расписание урезали, а во-вторых, далеко не всегда удается удержать классного специалиста: зарплаты - как у всех бюджетников, от дома - далеко, "престиж" - это и вовсе про других сказано. Ну, так зачем же все это, или просто получилось так, что некуда деться, и прибило некогда жизнью молодого перспективного доктора сюда, на 15-ю станцию Большого Фонтана? Отнюдь! Все гораздо проще и: романтичнее. Еще в пору морского эскулапства на теплоходе "Белоруссия" довелось как-то Валерию Николаевичу оказаться в Марселе, и не просто в Марселе, а в местной клинике, и не просто оказаться, а оперировать там. Вот и едва не потекли тогда слюнки у него от восторга, как увидел, в каком антураже и в каких условиях лечат своих пациентов французские медики. И адски захотелось добиться того, чтобы и дома, в Одессе, где раньше или позже, понятное дело, придется осесть, тоже не хуже было.

Поначалу оправдывалось только то, что придется осесть в Одессе. Областная больница, роддом, потом - кресло заведующего Центральным райздравотделом и, кажется, в этот момент забрезжило осуществление мечты: напротив цирка стал создавать 14-ю поликлинику, чтобы уж на ее-то примере показать, как должно быть и как должно. Но:

- Что, не дали сделать, как хотелось, Валерий Николаевич?

- Куда там: Спасибо хоть, что по голове не дали: А среди друзей его уже окрестили "строитель". Будь в Грузии дело - наверняка бы вспомнили царя Давидастроителя. Но поскольку не в Грузии живем, не вспомнили. Даже тогда не вспомнили, когда доктор Кулебаба охотился за туфом и мрамором (к тому времени ему уже предложили возглавить будущий госпиталь и, как водится, обещали "золотые горы и платиновые реки").

Валерий Николаевич уже поверил твердо и категорически в то, что сможет осуществить давнюю идею. Нет, не обещениям поверил, а в то, что сам, ежели возглавил дело, то добьется, чтобы все было путем. И в 1988 году пришел на стройку. Год спустя, когда областной госпиталь инвалидов войны вступил в строй, - возглавил его. Пошли больные, и пошли заботы. Достаточно скоро выяснилось, что четырем с половиной сотням коек, предназначенным ветеранам целевым порядком в областных больницах, сами старики однозначно предпочитают сто двадцать - "кулебабиных". Ведь здесь и кормят, и лечат, и медикаментами снабжают - бес-плат-но. А там, в остальных больницах? Впрочем, что риторические вопросы задавать, на то они и риторические, чтобы все ясно было без слов лишних: Вот проблема: нет денег - хоть кол теши. А куда без них, без денег? У нас ведь, простите, по Конституции - лечение бесплатное. Тем более - для стариков-ветеранов. И главврач поправляет очки: - Ну, что: Нашли внебюджетные средства. Готовим обеды для общества "Гмилус Хэсед" - надо же как-то выкручиваться! Зато в итоге даже купили новую автомашину, а иначе разве смогли бы?

Еще проблема: горячей воды, как пива в прежние времена, "нет и неизвестно". Спрашивается: как людей купать, чем посуду мыть? Санитария - она, знаете ли, дама привередливая: Зимой удалось немыслимое: казалось бы, труба окончательная водоснабжению, и все тут. Только, к сожалению, не в прямом смысле слова - труба, а в переносном. Но не без добрых людей мир наш, и глава агрофирмы "Васильевское" Игорь Гранковский просто: подарил трубу. Стало теплее и на душе, и в кране. Но зимой то было. А лето пришло - и где горячая вода по всему городу? Нет в городе - нет и в госпитале. Нужны 6 бойлеров, а денег где взять? Снова деньги, снова вместо вопроса "кто виноват"? - вопрос "что делать?" (а виноватто - никто и не виноват вроде. Жизнь, извините, такая. Куда уж от этого:). Да, если Гранковский трубой подсобил, то руководители кондитерского ЗАО "Одесса" Валерий Хамалов и Михаил Белоус свой путь нашли для дружбы с ведомством Валерия Кулебабы, и опять же прямая польза и выгода старикам. Если вся жизнь несладкая, то хоть подсластить ее немножко - и то дело.

Меж тем в области же насчитывается полтораста тысяч ветеранов Великой Отечественной, и каждый девятый из них по статистике - инвалид. Вот он, потенциальный контингент госпиталя. Как добиться того, чтобы, по возможности, подлечить побольше стариков? В госпитале внедрили систему путевок. Планируют когда, кого, как лечить. Вплоть до того, что если и впрямь надо, собственной машиной привезут из дому, да еще консилиум профессионалов соберут из других клиник: К тому же, что скрывать, 14 лет назад, когда госпиталь только-только открывался, эти люди

- ветераны, они ведь были моложе на целых 14 лет! А для геронтолога такой срок - это вечность вечная! Не говоря уже о том, что чуть не каждый третий пациент нуждается, кроме всего прочего, еще и в психиатрической помощи: - Валерий Николаевич, вот вы о трубе говорили, об обедах, на автомобиль обмененных, о бойлерах: Все четко, как у Хрущева: цели ясны, задачи определены, за работу, товарищи? - Не до жиру, быть бы живу. Знаете, я вот к тем своим мечтаниям марсельским вернусь. Увы, ни аппаратурой, ни инструментарием таким, как там, во Франции, мы и по сей день не разжились. Но вот что удалось сделать и бесповоротно, так это коллектив собрать и сделать его таким, что сегодня новичков уже мне не надо "воспитывать". Просто приходит новый человек и попадает в сформировавшуюся среду. На что - на что, а на невнимание со стороны персонала (не говоря уже о грубости, что вы?!) жалоб у нас нет. И потому пришедший человек либо будет работать так, как здесь принято, либо - до свидания. Самоочищающаяся система, если угодно. Мне кажется, вот этим-то и похвалиться не грех, или я не прав? И сидит в кабинете своем главврач Кулебаба, анекдотам свежим улыбается, про друзей-артистов и поэтов вспоминает истории всякие, да успевает при этом и факс принять, и с кем-то согласовать сроки очередных ремонтных работ, и отказаться от лодочного мотора кем-то, явно не по делу, предлагаемого. Потом кладет трубку телефона и пожимает плечами: всем спасибо, прямо по Жванецкому. И тем, кто помог, как друзья-спонсорымеценаты и тем, кто так ничего и не понял, как тот, с лодочным мотором. И докторам и медсестрам спасибо - тем, что работают здесь уже по привычке, ставшей внутренней необходимостью. И старикам-ветеранам спасибо - за то, что именно их продленные тобою дни и годы служат тебе добрым оселком и лакмусом собственной жизни. Ну, что еще, пожалуй, и так ясно...