***
Вечер наступает из-за моря,
Крадучись по гребням
зыбких вод.
И нерукотворные узоры
Напоследок дарит небосвод.
И уходит ощущенье тверди
Из-под ног, как вымысел ума.
И уже зажгли огни на рейде,
И вот-вот затеплят их в домах.
Сумерки загадочней и гуще,
На песке не различить следы,
Попытаюсь на волне бегущей
Угадать мерцание звезды.
***
Плыли под звездами
водами Нила,
Весла мокая, как перья
в чернила.
В губы друг друга взасос
целовали
И поцелуями власть продлевали.
Ибо сроднились навеки отныне
Две ненасытных людских
гордыни.
– Я ль не достойна великого
Рима? –
Прямо спросила, назвав
его имя.
Он, как и следует,
в меру помедлил.
– Клео, богиня, –
с апломбом ответил. –
Нами республика будет
гордиться…
Чем погубил и себя, и царицу.
***
Забавна в жизни роль кумира,
Коль посмотреть на вещи
трезво.
Вот, Александр подмял
полмира,
Но был по дружески зарезан.
Зарезан он или отравлен,
Судьба сыграла, как хотела.
И воин, полубогу равен,
Не кончил начатого дела.
И все иные честолюбцы
Лишь в том пред будущим
повинны,
Что, начав, многого добьются,
Но путь пройдут до половины.
А почему так – знать бы Богу
(Кому ж другому, в самом деле!), –
Не ту ли выбрали дорогу
Или не к той стремились цели?
***
Подберу перо жар-птицы,
Ветки, щепки, разный сор.
Все, по случаю, сгодится
Развести в саду костер.
Вот уже дымок струится
Акварелью по утру.
И страницу за страницей
Щедро жертвую костру.
У огня, смотрю, мгновенно
Разгорелся аппетит,
Ибо так проникновенно,
Словно рукопись горит.
И рукой махнув на славу,
Безоглядно сохраню
Верность авторскому праву –
Предавать стихи огню.
Потому что труд во благо,
Если жечь и не жалеть.
Только хватит ли бумаги,
Чтобы душу отогреть?
***
Ничему уже не радуюсь,
Ни авансу, ни весне.
Даже в обществе под градусом
Почему-то грустно мне.
До чего же нестерпимою
Стала близким эта грусть.
Позовет меня любимая,
Я, грустя, не отзовусь.
Посмотрю печально в сторону,
Где сошел с ума закат,
Пусть меня к столбу позорному
Приведут и пригвоздят! –
И пока заря за городом
Точку ставит в басне дня,
Стану птицей, белым вороном
В черной стае воронья.
