Невзгод и радостей в жизни талантливой одесской художницы Аллы

Крикун было примерно поровну. Все радости обычно она связывает с удач-

ным завершением картин, а к невзгодам относит все остальное - серое

бытие, несправедливые обиды от друзей-врагов, бессонницу, голод, отча-

яние. При этом она всегда находит силы для мазкаулыбки на лице и заяв-

ляет: <Поди, читал роман Николая Островского <Как закалялась сталь>? И

о нас, современных украинских живописцах, можно сейчас писать роман с

таким же названием>.

Я знаю, что ее всегда спасала работа. Эти холсты, которые она заселяла котами и собаками, негромкими пейзажами, мудрыми птицами, ускользающими от превратностей судьбы человеческими фигурами, в позах которых была заключена энергия жизни, а на лицах затвердела стоическая мудрость первооткрывателей, вечных пилигримов, пытающихся осмыслить прошлое и вникнуть в суть будущего. Эти пилигримы шли по пустыням, переходили вброд реки, беседовали с мудрыми котами, ведь к ним, котам, художница всегда благоволила, вот и своих персонажей она наделила любовью к ним. Но ведь на картинах Аллы Крикун коты имеют почти человеческие лица, наделены разумом, а их души светлы, как и фон, на котором они помещены - отнюдь не кричащий, едва проступающий, будто не оркестр играет, а лишь одна первая скрипка, а мелодия рвется к небесам, ее удержать никак нельзя.

Художница Алла Крикун говорит: <Мне нравится мелодия одного инструмента - скрипки, виолончели, фагота, флейты. И мои картины - одинокая мелодия одного инструмента. Мелодия, возникающая ниоткуда и бредущая в никуда:>И ее голос одинок в общем хоре одесских живописцев.

Как она придумывает свои сюжеты? Алла Крикун говорит: <Я никогда над этим не задумывалась, но наброски будущих картин возникают сами по себе, и в них есть всегда неожиданные ракурсы. К примеру, у меня в лесу появляется избушка лесника, а возле нее ходит кот, будто совершает вечернюю прогулку. Но этот кот понимает мелодии листвы и даже может их повторить>. А вот птица, раскинувшая свои могучие крылья в лазури неба, но небо необычное - оно усеяно, будто звездами, палыми осенними листьями. В моей памяти сразу же возникают строчки известной московской поэтессы Ларисы Миллер, любимой ученицы Арсения Тарковского: <Осенний ветер гонит лист и ствол качает. Не полегчало коль еще, то полегчает. Вот только птица прилетит и ствол качнется, и полегчает, и полегчает наконец, душа очнется>. Делакруа и Энгру приписывается наставление ученикам о том, что надо зарисовать на лету позу человека, падающего с крыши. Алла Крикун в таких наставлениях не нуждается: позы ее персонажей всегда верно схвачены, но, разглядывая ее картины, всегда угадываешь, в каком расположении духа художница над ними работала.

Гроза в человеческой душе может быть изображена множеством голых деревьев, стволы которых качаются под порывами зимнего ветра, - ассоциации боли всегда непредсказуемы. А вот радость часто передается цветами, где множество красок, полифония палитры все более усложняется. Часто у Аллы Крикун основная тема в картине не до конца выписана, будто мысль, оборванная на полуслове. Но именно эта недосказанность притягивает к пространству холста зрителей еще больше, давая повод для различных трактовок, но главное - для игры собственного воображения. Художница любит подготовленного зрителя, умеющего тонко чувствовать энергетику современной живописи с ее нервными окончаниями размашистых мазков.

Жаль, что так и не вышла книга стихотворений Бориса Нечерды с ее иллюстрациями. В этих рисунках Крикун - соавтор талантливого поэта. Рисунки эти сами по себе очень поэтичны, в них напрочь отсутствуют лишние детали. Условно цикл можно было бы назвать <Поток метафор>.

Алла Крикун никогда не жалуется на судьбу. Просит: <Давай лучше поговорим о живописи Матисса или Модильяни, а не о серой действительности, где мы все сейчас находимся, пытаясь в очередной раз выжить>. Я вижу, что она рисует на бумаге силуэт птицы, устремленной выше облаков

- к солнечному диску. А во мне снова звучит стихотворение Ларисы Миллер: <Не мы, а воздух между нами, не ствол - просветы меж стволами, и не слова - меж ними вдох содержит тайну и подвох:>А у Крикун рядом с первой птицей возникает вторая, но и она своими крыльями режет воздух. А этот полет напролом сродни творчеству самой художницы.