(Продолжение. Начало на стр. 4)
В ходе эксперимента в этих регионах мы будем наблюдать, где могут возникать нестыковки между советами различного уровня, как их можно преодолевать, каким образом правильно определять на основе региональной специфики саму структуру лечебных учреждений на местах, то, что мы называем госпитальными округами – где мы будем располагать больницу интенсивной терапии, амбулатории, учреждения медико-социальной помощи и т.п. В таких регионах (Винницкая область небольшая, преимущественно сельскохозяйственная, Донецкая область большая, промышленная) можно проверить, где образуются слабые места, и найти варианты решения проблемы.
На примере этих регионов мы апробируем программно-целевой метод финансирования. Сколько времени это займет, какие проблемы при этом возникнут – мы должны выяснить в этом пилотном проекте для того, чтобы потом этот процесс сделать менее болезненным.
– На какие сроки рассчитан эксперимент?
– На осуществление эксперимента предусмотрено два года, еще год – на подведение итогов и соответствующую корректировку.
– Что предполагается сделать в нынешнем году?
– В этом году акцент делается прежде всего на реструктуризацию сети и на полную подготовку схемы бюджетно-целевого финансирования, которая должна быть запущена уже со следующего бюджетного года. Эта схема по крайней мере год работает, выясняются возникшие проблемы, которые на третьем году должны совместно решаться. После этого новая система финансирования распространяется на всю Украину.
– Ирина Михайловна, Вы возглавляете комитет по экономическим реформам и должны видеть проблему проведения реформ в стране системно и комплексно. Презентованная вами медицинская реформа во многом сопряжена с вопросами территорий и соблюдения интересов больших и малых общин. Поэтому возникает логичный вопрос: почему ваша команда при этом отодвинула на неопределенный срок проведение территориальной реформы? Ведь укрупнив и сбалансировав территории, учтя при этом потребности и особенности общин, вы заложили бы фундамент для проведения любых других реформ – и здравоохранения, и образования, и т.д. А так складывается впечатление, что, дав реформе здравоохранения старт первой, ваша команда, образно говоря, побежала впереди паровоза.
– Для того, чтобы было понятно, вот картинка (схема) госпитального округа. Существует первичная медицинская помощь, центров такой помощи может быть много, в зависимости от количества населения. Госпитальный округ – это вторичный уровень медпомощи. Этот округ должен охватывать где-то120 – 150, в крупных регионах до 200 тысяч населения. И в нем должны быть все необходимые виды лечебных учреждений, которые бы удовлетворяли все потребности в медицинской помощи. Часто спрашивают: границы госпитального округа будут совпадать с границами административных районов? Совсем не обязательно. Территории районов и областей к госпитальному округу прямого отношения не имеют. В этом-то вся и соль.
– А как будут финансироваться госпитальные округа?
– Из областного бюджета. Так будет проще, чтобы избежать недоразумений, связанных с тем, что, как я уже сказала, территориальные границы госпитальных округов не будут совпадать с территориями районов. Поэтому если в будущем произойдет административно-территориальная реформа, то госпитальные округа легко в нее впишутся и особых противоречий не возникнет.
– Не окажется ли так, что после образования округов специализированная медпомощь станет менее доступной для сельского населения?
– Специализированная больница должна находиться в радиусе 100 км, не более. Время доезда до пункта, где могут оказать высококачественную неотложную помощь, должно быть 20 минут в сельской местности и 10 минут – в городе. Это тот ориентир, к которому мы стремимся. Конечно, сказать, что этот ориентир будет достигнут сразу же после принятия закона, было бы по крайней мере наивно. Существует проблема состояния дорог, их наличия и обеспечения транспортом. Вот почему при формировании карты госпитальных округов (эта задача была поставлена Президентом еще на совещании в Кировограде) нужно учитывать не только чисто медицинские показания, но и возможности доехать не только для скорой помощи, но и для больных, которые будут обращаться за специализированной медпомощью. Решаться дорожная проблема будет совместно с государственными органами (тут я имею в виду целевые программы, направленные на развитие инфраструктуры) и местными властями.
– Ранее сообщалось о подготовке нескольких законопроектов, направленных на реформу системы здравоохранения, которые в ближайшее время должны быть переданы в Верховную Раду. Что это за законопроекты?
– Этих законопроектов несколько. Базовый – о внесении изменений в «Основы законодательства о здравоохранении». О каких изменениях идет речь? Это разделение уровней медицинской помощи, дается определение, что это такое и каким образом все виды помощи предоставляются. Дается определение того, что называется маршрутной картой пациента. Определяются также стандарты медицинской помощи.
Второй законопроект – об особенностях деятельности учреждений здравоохранения. Третий – о пилотных проектах. На основании этого закона будет вводиться программно-целевой метод финансирования. Возможно, есть смысл подготовить отдельный законопроект о предоставлении неотложной медицинской помощи (сейчас этот вопрос обсуждается), который формировал бы структуру экстренной медицинской помощи. Здесь есть несколько открытых вопросов, и один из них – объединение усилий системы здравоохранения, МВД и МЧС. То есть это может быть единый телефонный номер, единая служба, которая предоставляет как экстренную помощь на месте, так и доставку больного в ближайшее лечебное учреждение, где ему могут предоставить специализированную помощь. Какая из форм организации неотложной медпомощи оптимальная для нас – этот вопрос сейчас обсуждается экспертами.
– По материалам Счетной палаты, у нас 70% больных, которые нуждаются в экстренной медпомощи, умирают по дороге в больницу, т. е. на догоспитальном этапе (в странах Европы – 20 – 25%). А все из-за нашей «скорой немощи»…
– У меня есть следующая статистика. Ежегодно служба «скорой помощи» обслуживает приблизительно 13 млн вызовов. Около 10 млн человек доставляются в больницу, а остальным помощь оказывается на месте, без доставки в больницу. Думаю, цифры, которые вы назвали, не подтверждены официальной статистикой. Хотя тема организации скорой помощи – очень важная, и на ней сейчас делается акцент.
– Какую все-таки систему здравоохранения мы «строим»? Бюджетную или бюджетно-коммерческую? Общеобязательное медицинское страхование отодвигается на задний план…
– В ближайшее время мы совершенствуем бюджетную систему. Есть по крайней мере две убедительные причины – почему сначала нужно разобраться с действующей бюджетной системой, а потом ставить вопрос о медицинском страховании. Причина первая. Если сама система работает неэффективно, можно ли в нее вливать дополнительные деньги и ожидать улучшения результата? Если труба протекает, то сколько воды в нее ни вливай – все равно будет вытекать. Вот почему сначала нужно проанализировать сеть бюджетных учреждений, реформировать их, дать им стимулы работать лучше, а потом уже предоставлять дополнительные финансовые средства. Логика, думаю, в этом есть.
Причина вторая. Откуда можно взять деньги на медстрахование? Ответ очевидный – это дополнительный социальный платеж на работодателя, который сегодня ему не по силам. Вот мы и пошли по пути реформирования имеющейся системы здравоохранения, подготовки ее к тому, чтобы в перспективе вводить медицинское страхование. И все же мы идем в сторону обязательного медицинского страхования, но движение это постепенное и поэтапное.
– Каковы приоритеты в здравоохранении? Все программы, как правило, направлены на борьбу с болезнями, и в этой неравной борьбе перевес явно не в пользу здоровья. Вспоминаются острые, как скальпель, слова великого Н. Амосова, назвавшего главное медицинское ведомство министерством болезней. Нашлось ли среди приоритетов системы охраны здоровья место профилактике заболеваний, или, по Пирогову, медицине предупредительной?
– В реформе мы делаем акцент на первичный уровень здравоохранения, где как раз эта профилактика и заложена. У семейного врача будет стимул заниматься профилактикой заболеваний. Ибо чем меньше пациент болеет, тем больше экономится средств, которые выделяются врачу на лечение своих подопечных.
– Сколько времени, по Вашему мнению, займет проведение реформы здравоохранения? Вот уже почти два десятилетия «запрягаем» и все никак не сдвинемся с места.
– Коль скоро мы стали всерьез этим заниматься, думаю, существенные сдвиги должны произойти уже в первые два года.
Для оценки качества реформы здравоохранения существуют объективные составляющие – это, в частности, повышение продолжительности жизни, уменьшение заболеваемости, которые не могут резко улучшиться. Как свидетельствует европейский опыт, на это понадобится не менее пяти лет. Но есть еще и субъективная составляющая. Пациент приходит к врачу и получает не только лекарства, но и внимание, понимание, что невозможно переоценить в плане целебного воздействия. Вспомним, что и слово лечит. Повышение качества медицинской помощи, думаю, должно произойти раньше, и оно будет связано с изменением системы финансирования. Почему я говорю об этом с такой убежденностью? Это не просто розовый оптимизм, есть конкретные примеры в Украине, когда еще до начатой нами реформы переход на новую систему договорных отношений с врачами первичного звена давал быстрые результаты. Например, в г. Комсомольске в свое время были проведены социологические исследования, которые показали, что в течение двух лет с того момента, как эта система заработала, мнение населения резко изменилось. Если до ее внедрения 15% пациентов были в целом довольны медицинскими услугами в регионе, то через два года – более 80%. Понятно, что объективные показатели изменятся позже, но удовлетворенность пациента тем, что к нему внимательно относятся и всячески пытаются помочь, – этого, как показывает опыт, можно достичь уже в скором времени.
В завершение хотелось бы отметить, что несмотря на все проблемы в нашем здравоохранении есть хорошие врачи, высококвалифицированные медработники, и хотелось бы, чтобы таковых стало больше. А для этого необходимо повернуть эту систему лицом к медику, дать ему стимулы работать лучше и, естественно, повысить контроль качества. Не только со стороны надзирательных органов, но и со стороны потребителей медицинских услуг. Другого варианта нет. Путь этот достаточно длинный, но я уверена, что первые результаты реформы можно будет увидеть достаточно быстро.
