Заметным событием в театральной жизни Одессы явилось выступление
Олега Школьника в моноспектакле "Контрабас" по пьесе Патрика Зюскинда. Блестящий беллетрист и мудрый психолог Патрик Зюскинд поначалу
очаровал нашу читающую публику своим "Парфюмером", за которым вскоре
последовала "Голубка" - печальнейшая повесть о беспредельности человеческого одиночества. Затем писатель открылся нам как драматург. Его пьеса "Контрабас" была сыграна в Москве Константином Райкиным и вот, наконец, добралась до Одессы.
Не знаю, читал ли Зюскинд ранний чеховский рассказ "Роман с контрабасом", но название это как нельзя более подходит к сюжету его детища.
Скромный оркестрант-контрабасист, типичный "маленький человек", переживает некое подобие романа со своим большим неуклюжим инструментом. От обожания, обожествления до неистовой ненависти - таков диапазон этих отношений.
Перипетии сего "романа" сплетаются с интригой иной любовной драмы
- стареющий контрабасист отчаянно влюбляется в молоденькую оперную примадонну. Все терзания безнадежной страсти он поверяет своему наперснику и мучителю, своему инструменту.
Пьеса Зюскинда, очевидно, решенная в эстетике экзистенциализма, не лишена и черт массовой культуры (чего стоит один лишь пересказ отношений Рихарда Вагнера и Матильды Везендонк, низводящий историю возникновения "Тристана и Изольды" до уровня кухонно-мещанских пересудов).
Элементы "низовой" культуры спровоцировали, видимо, сценографию спектакля - здесь китч возведен в абсолют, он властвует и правит бал. Все - от цветовой гаммы (золотое - красное - черное) до мельчайших атрибутов (розочек, вазочек, лампадок) - все здесь поет восторженную оду дурновкусию, все затмевает собою удачно найденный главный визуальный образ - футляр контрабаса, он же метроном, отщелкивающий краткие мгновения жизни, он же гроб, в коем будут схоронены упования и страсти героя пьесы...
В спектакле о музыканте, естественно, ждешь интересного звукового решения. И оно действительно весьма любопытно - любопытно своей загадочной аналогичностью. В самом начале герой декларирует нелюбовь к року и джазу - и тут же воздух сотрясают оглушительные звуки "тяжелого" рока! Далее музыкальная партитура спектакля движется по принципу восточных акынов "что вижу, - то пою", то бишь по принципу прямолинейного и назойливого иллюстрирования.
Но и здесь не без сбоев - неясно, почему при упоминании увертюры к вагнеровской "Валькирии" звучит совершенно иной эпизод из этой оперы, а знаменитая, многократно упоминаемая героем тема контрабасов и виолончелей из "Неоконченной" симфонии Шуберта, столь подходящая к сумеречно-трагическому настроению пьесы, так и не появится ни разу...
Режиссер Александр Дзекун выстраивает композицию "Контрабаса" скорее не по Зюскинду, а "по Олегу Школьнику".
В самом деле, органика этого актера столь мощна и сочна, что оправдывает подобное решение. Другой вопрос - насколько удачен сам выбор пьесы для бенефицианта? Насколько раблезианская природа актера отвечает невротически-взвинченной натуре героя? Несоответствие это слишком разительно, чтобы быть преодоленным с помощью ложного пафоса, искусственного нагнетания драматизма и тому подобных эффектов. Увы, роман с "Контрабасом" получился не слишком счастливым. Остается надеяться, что в будущем Олегу Школьнику достанется пьеса более подходящая - право, любимец одесской публики этого вполне достоин!
