Любые публикации о деятельности разведки всегда вызывают большой интерес у читателей. Вероятно, потому, что профессия разведчика всегда окутана неким таинственным туманом и романтизмом. В отличие от других воинских подразделений разведка осуществляет боевую работу как в военное, так и в мирное время.

Корни военной разведки Украины уходят в глубину веков и тесно переплетаются с историей русского, белорусского и польского народов. Первые попытки создания национальной спецслужбы на государственном уровне совершались в периоды национально­освободительной борьбы под началом Богдана Хмельницкого, а затем во времена гражданского вооруженного противостояния в 1917 – 1920 годах...

История военной разведки нашей страны прежде всего связана с казачеством. Украинские казаки как пограничные войска дислоцировались гарнизонами на территории нынешней Украины с наибольшей концентрацией в районе Запорожской Сечи. От Варшавы они получали помощь для занятия земледелием и скотоводством, а также необходимое вооружение и снаряжение. Взамен казаки защищали приграничье от периодических налетов соседних кочевников.

Польский король официально признал сечевого гетмана равным с другими (назначаемыми им) гетманами и в 1572 году жаловал ему титул «Гетман Его Королевской Милости Войска Запорожского», вручив церемониальную булаву – символ должности, а также печать.

Уже в те времена войска не обходились только войсковой (тактической) разведкой, а применяли агентурные методы добывания сведений о противнике или занимались введением его в заблуждение. Довольно успешно использовались и другие элементы всего комплекса агентурных мероприятий. Однако особо преуспели на этом поприще сечевые казаки, условия жизнедеятельности которых принуждали к применению агентуры в стане противника для целенаправленных налетов (причем с наименьшими потерями в личном составе) на источники продовольствия, склады вооружения.

Система разведки запорожских казаков уходит своими корнями в XVI век. Ее создание стимулировали татары, время от времени неожиданно для казацкой вольницы совершавшие опустошительные набеги на Сечь. В более поздний период истории гетман имел свой штаб. В его состав входили:

– генеральный обозный – второй чин после гетмана. В случае отсутствия, смерти, низложения гетмана исполнял его обязанности. Ведал артиллерией, снабжением войска, транспортом, продовольствием и вооружением. Утверждал места для стоянки армии лагерем, руководил строительством укреплений вокруг него и, по обычаю, становился его комендантом. Обеспечивал защиту войска от смуты в его рядах и проникновения в него враждебных элементов, организовывал скрытое наблюдение за иностранцами, возглавлял личную охрану гетмана, т.е. был главным руководителем военной контрразведки в нынешнем понимании этого слова;

– генеральный писарь исполнял функции, близкие к обязанностям нынешнего начальника генерального штаба. Возглавлял генеральную войсковую канцелярию, архивное дело, исполняя обязанности государственного секретаря, ведал всей документацией, готовил указы и приказы, занимался организацией почтовой связи. Был первым советником гетмана, участвовал в переговорах на высшем уровне, принимал послов иностранных государств и войск. Занимался вопросами стратегической агентурной разведки: формированием посольств, дезинформацией и психологическим воздействием на противника, подготовкой толмачей (переводчиков) и организацией их работы;

– генеральный стражник и стражник отвечали за охрану и безопасность войска на марше, во время ведения боевых действий, на подступах к лагерю, за разведку, в т.ч. и оперативную агентурную – в нынешнем ее понимании;

– старший и младший генеральные есаулы составляли казацкие реестры, рассматривали апелляции, поступавшие от полковых и сотенных судов, жалобы и предложения казацкой старшины. Следили за соблюдением законности, обычаев и казачьих традиций. Проводили учения и смотры казацких войск, поддерживали порядок на генеральном военном совете (общем собрании старшины казацкого войска и наиболее авторитетных представителей – рыцарей – от рядовых казаков, составляющих казацкое товарищество). Во время боевых действий командовали наемными силами, могли возглавить группу парламентеров для переговоров с противником;

– старший и младший генеральный подскарбеи (казначеи) руководили всеми финансами и организацией сбора налогов. Должность учреждена в 1729 году. До этого вопросами финансирования ведал аппарат генерального писаря;

– генеральный хорунжий – аналог нынешнего офицера генерального штаба, ведающего организацией службы войск, соблюдением правопорядка и дознанием в войсках. Вел следствие в делах, связанных с преступлениями в старшинской среде. В особых случаях возглавлял личную охрану гетмана (при недоверии гетмана своему генеральному обозному), исполнял обязанности личного порученца гетмана;

– генеральный бунчужный отвечал за хранение бунчука, по поручению гетмана инспектировал отдельные казацкие полки, проверял жалобы;

– генеральный шпитальный заведовал медицинской службой;

– генеральный судья и подведомственный ему генеральный суд толковали писаные и неписаные казацкие обычаи и законы, вершили суд над преступниками, рассматривали апелляции и прошения о помиловании, контролировали работу всех нижестоящих судов, организовывали выборы судей. Все вершители правосудия были выборными.

Гетман и руководство его штаба составляли генеральную старшину.

По возвращении из военных походов казаки привозили на Сечь 15 – 20­летних юношей­пленников. Это были частично сформировавшиеся личности, в совершенстве знавшие быт, нравы, обычаи, язык и культуру своего народа. Под присмотром стражников характер и способности каждого из пленников внимательно изучали. Если юноша соответствовал необходимым критериям, его направляли в сечевую школу (запорожские учебные заведения разделялись на сечевые, монастырские и церковно­приходские). Там его обращали в православную веру, учили черкасскому языку (так назывался украинский язык центральной части Украины). В дальнейшем молодого человека готовили к ведению разведки агентурными методами. Его обучением занимались лица, имевшие опыт специальной работы.

Казацкая агентура охраняла казацкое войско на дальних подступах, вела маршрутную разведку, при необходимости сеяла панику в стане врага еще до подхода наступающих казацких сил, дезориентировала противника, способствовала деморализации его личного состава, выявляла места складирования продовольствия, вооружения и боеприпасов. Кроме того, первые казацкие разведчики раскрывали систему охраны и обороны неприятеля, готовили наиболее безопасные маршруты подразделений захвата и целесообразные пути вывоза добытого. В отдельных случаях проводились специальные операции по ликвидации авторитетных, но не склоняющихся к сотрудничеству с запорожцами представителей гражданского населения противника и членов их семей, а также лиц, перешедших на сторону неприятеля.

Особое внимание уделялось сохранению жизни действующей агентуры. На период проведения казацких операций ей сообщали безопасные места для укрытия, чтобы агенты не попали в зону боевых действий. Работа щедро вознаграждалась из казацкой казны. Агенты, утратившие свое имущество в ходе боевых действий, получали компенсационные выплаты.

Для ведения разведки агентурными методами создавались агентурные группы во главе с наиболее опытным разведчиком­агентурщиком. Ему выделяли в подчинение молодежь: маршрутчики, связники, агенты­наблюдатели. Группа за 1­2 недели выходила в район предстоящего казацкого рейда с задачей сбора всех необходимых сведений наблюдением, осведомлением и подслушиванием. Ей назначали время и место встречи с представителем командования. После передачи необходимых данных, как правило, подразделение выделяло из своего состава двух проводников для основных казацких сил, вело разведку запланированных путей отхода с захваченной добычей.

Основателем стратегической агентурной разведки Запорожской Сечи по праву считается ополяченный украинец Иван Выговский, начинавший службу личным писарем гетмана Богдана Хмельницкого. Именно польские корни будущего гетмана Войска Запорожского стали решающим фактором подписания им в 1658 г. Гадячского договора, согласно которому часть украинских земель вошла в состав Речи Посполитой в качестве третьего суверена на равных условиях с Польской Короной и Великим княжеством Литовским. Выговский является и первым казацким послом в Трансильванию. Во время осады Львова войсками Хмельницкого в 1648 году он был направлен гетманом для переговоров к трансильванскому князю Дьердю Ракоци. Со временем посланник стал генеральным писарем. За короткое время Выговский создал мощную и высокоэффективную канцелярию. Это учреждение являлось по сути министерством иностранных и внутренних дел, а также генеральным штабом с органом стратегической агентурной разведки. Сюда поступала военно­политическая информация о положении на исконно украинских землях, в Польше и прилегающих к ней государствах. Здесь принимались и отсюда отправлялись многочисленные посольства.

6 мая 1648 года казацко­татарские силы одержали победу над поляками под Желтыми Водами. Во время боя на сторону Богдана Хмельницкого перешли реестровые казаки других гарнизонов, посланные королем для борьбы с восставшими. В этом сражении гетман использовал агентурные методы обеспечения боевых действий: один из казаков «перебежчиков» сообщил польскому командованию о полном разгроме запорожцами их авангарда и якобы многократном превосходстве сил Хмельницкого. Те, поверив ему, начали отступать.

В начале 1649 года для сбора разведывательной информации по указанию Выговского полковник Максим Нестеренко послал в Польшу из Переяслава несколько десятков разведчиков­агентов. Чуть позже непосредственное руководство такими операциями переходит к генеральному писарю.

Наиболее ценными агентами Выговский руководил лично. Одним из них являлся татарский толмач (переводчик) великого визиря Сефер Кази­аги. Во время сепаратных польско­крымских переговоров под Каменец­Подольском в декабре 1653 года агент передал генеральному писарю их содержание. Агентами Выговского были серб Николай Маркевич (в конце 1653 года отправлен для работы в Турцию), грек Теодозий Томкевич – львовский купец и мещанин (в 1658 г. посредник на переговорах между казаками с одной стороны и правительствами Речи Посполитой и Швеции – с другой). Агентурные источники, работающие на запорожцев, имелись, кроме того, в Литве, Чехии, Моравии, Силезии, Австрии и других странах. Казацкая агентурная сеть была настолько развитой, что польские вельможи – современники Петра Дорошенко – не раз жаловались на утечку в Запорожье информации о замыслах короля.

В 1683 году во время осады турками Вены отличился украинец Юрий Кульчицкий, который дважды пересекал вражеский стан и форсировал Дунай с тем чтобы передать австрийским войскам разведывательные сведения и известие о спешащей помощи. Мужественный разведчик в награду получил 300 трофейных мешков с кофе. Это позволило ему открыть одно из первых в Европе кафе. А Вену до наших дней украшает памятник знаменитому украинцу.

Влияние ведомства генерального писаря усилиями Выговского было поднято на второй уровень после гетмана, и не случайно западные источники с этого времени называют генеральных писарей канцлерами. Однако такая реальность нередко приводила к конфликтам с генеральным обозным – официальным вторым чином после гетмана и его аппаратом управления, что напоминало «перетягивание одеяла власти». Первое лицо в казацкой иерархии старалось не вмешиваться в такие разборки, что не способствовало высокой организованности и согласованности в действиях как наверху, так и в его зеркальном отражении – внизу.

К исполнению дипломатических миссий привлекались и иностранцы: грек Иван Мануйлов, серб Василий Данилов. Но наиболее важные поручения Выговский доверял лишь своим близким: отцу, братьям, а также преданным слугам и лицам из числа челяди.

Общий пакет заданий для разведки формировался коллегиально на Раде Запорожского войска. Затем он конкретизировался генеральным писарем (для стратегической разведки) и на сходе кошевых атаманов (для оперативной агентурной разведки). После схода задания по этой линии распределялись аппаратом стражников.

В планировании стратегической разведки непосредственное участие принимали писарь, толмач, есаул. Оперативная разведка планировалась аппаратом кошевых атаманов, они же осуществляли руководство ее деятельностью.

Активность казацкой разведки и ее численность зависела от военно­политической обстановки. Например, в начале 50­х годов XVIII века разведкой в Запорожье занимались 773 человека, а с обострением российско­турецких отношений в конце 60­х годов – 1274 человека.