(Продолжение. Начало в номере за 2 августа 2012 г.)
И с северным соседом, и против него
В XVII веке 18 января 1654 года по григорианскому календарю в Переяславе казачий совет решил просить Россию присоединить к себе мятежную югозападную окраину тогдашней польсколитовской унии, так как назревало очередное восстание отчаявшихся казаков, которое ничем иным как их поражением завершиться не могло.
Начались переговоры Богдана Хмельницкого с Россией. Во всех предыдущих восстаниях украинские гетманы не раз обращались к ней за помощью, но скорее в порядке шантажа поляков, уповая на достаточное государственное финансирование многочисленных российских казачьих формирований и возможность перехода на службу к соседям, если их требования не будут удовлетворены Речью Посполитой. Московские правители понимали это и потому всерьез к подобным прошениям не относились. На этот раз Хмельницкий повел дело основательно. Он учел, что Россия, сама еще не оправившаяся от бедствий Смутного времени, не заинтересована в конфликте с Польшей. Челобитными послов тут не ограничилось: едва ли не все личные трофеи, добытые гетманом в боях, ушли на подкуп влиятельных русских чиновников.
Царь Алексей Михайлович, прозванный в народе Тишайшим за свой простодушный характер, медлил. Будучи не уверенным в том, что казаки поддержат Богдана Хмельницкого в его стремлении присоединиться к России, русский царь боялся подвоха, боялся совершить ошибку.
Для «устранения незнания великого» московский правитель послал в Украину лицо особо доверенное – друга детства Артамона Матвеева. Миссия последнего выходила далеко за рамки дипломатической практики того времени. К концу 1653 года Россия уже не возражала официально против появления у нее новых, гораздо буйнее чем донские казаки, подданных. Уже через день после решения Рады от 89 января 1654 года (18 января по новому стилю) Артамон Матвеев, принимавший участие в ее заседании, отправился с докладом к царю. Объективная информация, собранная его посольством, стала основой для принятия окончательного решения самодержцем.
Царь благосклонно воспринял информацию, в марте того же года созвал Земский собор, который решил, что ради «православной веры и святой церкви Божьей государю следует принять их под свою высокую руку». Гетманы были признаны царским правительством главной властью в Украине, а Хмельницкий, в свою очередь, пошел на признание протектората московского царя над Гетманщиной – автономным казацким государственным образованием, именуемым в России Малороссией, просуществовавшим дефакто с постоянно меняющимися границами с 1649 по 1764 год. После Переяслава Хмельницкий получил титул, который использовал при подписи всех документов: «Гетман Его Царского Величества Войска Запорожского».
Однако, вышеизложенное – единичные и редкие случаи использования разведывательных методов в подготовке стратегически важных для российского государства решений. В те годы информация о событиях за рубежом отсутствовала, а если и поступала в Москву, то с большим опозданием. Посольский приказ выпускал рукописный бюллетень «Куранты» тиражом в 20 экземпляров. Источником для издания служили немецкие, польские, голландские газеты, другие послания изза границы.
Глубокое осознание того, что необходимо создать собственную систему объективных источников информации за рубежом, наконец пришло к царю Алексею Михайловичу. Этому способствовали и провалы посольских миссий стольника Чемоданова в Италии, и царского посланника Потемкина в Испании.
Так, например, Чемоданов вез верительные грамоты герцогу Франциску, а оказалось, что Италия имела уже третьего преемника герцога. Потемкин же с аналогичной миссией в Испании с изумлением узнал, что король Филипп IV помер еще за два года до его прибытия. Указанные исторические события, а также положительный результат миссии Матвеева в Украине, подтолкнули царя к основанию в 1654 году Приказа тайных дел с его филиалом при гетмане Богдане Хмельницком – Малороссийским приказом тайных дел, имевшим центральное подчинение. Фактически, с этой даты и начинается история разведслужбы Российской империи, в которой первоначально сосредотачивается управление всей разведкой. Руководителями Приказа традиционно назначались дьяки: Д.М. Башмаков, Ф.М. Ртищев, Д.Л. Полянский и Ф. Михайлов. В Москве понимали: Речь Посполитая, столько лет державшая украинский народ в вассалах, просто так не откажется от своих притязаний на его территории, вошедшие в состав России. Существовала острая необходимость иметь полное представление о планах и устремлениях этого западного соседа.
На Приказ тайных дел были возложены функции нескольких нынешних спецслужб: разведывательной, контрразведывательной и охраны первых лиц государства.
Преображенским приказом в 1689 году в России создается тайная полиция, просуществовавшая в первоначальном виде до 1729 года. Кроме исполнения собственно полицейских функций она занималась и разведкой. Руководили ею отец и сын князья Ромодановские: Федор Юрьевич (16861729 г.г.) и Иван Федорович (17171729г.г.).
Элементы разведки ввел в деятельность своего ведомства руководитель Коллегии иностранных дел во время царствования Екатерины граф Никита Панин. Он поучал своих питомцев и учеников: «Сотрудник иностранной коллегии должен уметь вербовать открытых сторонников и тайных осведомителей, осуществлять подкуп официальных лиц и второстепенных чиновников, писать лаконично и четко свои шифрованные и открытые донесения на Родину не по заранее установленной форме, а исходя из соображений целесообразности».
Что касается методов вербовочной работы, то один из самых первых российских разведчиков – выдающийся допетровский государственный деятель воевода Афанасий ОрдинНащокин открыл универсальный способ – «побольше золота»!
Практичный Петр I не жалел для своих разведчиков денег на подкуп иностранных дипломатов. В то время агенты рублями не брали, а поскольку долларов еще не было, то выручали шкурки горностая и соболя. Этот процесс называли «дачными делами» от глагола «давать».
Царь придавал большое значение разведывательному обеспечению вооруженных сил империи. Благодаря его усилиям был создан государственный разведывательный ресурс сил и средств, сосредоточенный в руках императора. Кроме армейских и флотских средств разведки, в него входили Приказ тайных дел с его филиалами центрального подчинения, а также дипломатический корпус и духовенство, добывавшие необходимые сведения агентурным путем.
С 1688 года российскому царю от агентуры Приказа тайных дел стали поступать сведения о намерениях левобережного гетмана – российского подданного Ивана Мазепы принять польское подданство и передать все Левобережье под власть Короны, которые он якобы изложил в своем негласном послании к польскому королю. Однако самодержец доносам не верил, а доносчиков наказывал. С 1701 года деятельность гетмана была взята под особый контроль Приказа. В 1703 году Царю стало известно содержание одного из писем польского короля Станислава Лещинского, где тот выразил готовность Польши принять предложения Мазепы. Сведения были расценены как подлог.
В 1704 году И. Мазепа, воспользовавшись восстанием против Речи Посполитой и вторжением в Польшу шведских войск, занял Правобережье, тем самым объединив Украину. Однако ему не удалось добиться единства мнений в стране, раздираемой центробежными противоречиями, выразителями которых была казацкая старшина. Одни благоволили Москве, другие склонялись к турецкой протекции, третьи хотели побратимства с татарами, сам же гетман тесно увязывал судьбу своей Родины с союзом с Польшей и Швецией.
(Продолжение следует)
