В Одесской филармонии открылся новый концертный сезон. Национальный филармонический оркестр, неизменная первая скрипка, дирижерская палочка в руках Хобарта Эрла, за роялем – Станислав Христенко, талантливый пианист, артист компании Steinway. Лицом этой фирмы, много лет изготавливающей музыкальные инструменты, в свое время был и Сергей Рахманинов.
В первом отделении играли третий концерт Рахманинова для фортепиано с оркестром. С первых нот погружаешься в атмосферу, создаваемую музыкантами, замыслом дирижера и мастерством солиста за роялем. Прекрасное исполнение. Мощное, легкое, лиричное и печальное. Два часа безмятежной жизни, когда нет трудностей, борьбы плохих с хорошими, вселенских и бытовых проблем, а есть лишь восторженное чувство, передаваемое музыкантами в зал.
«Даже трагические фрагменты произведения оркестр исполнял так, что не было ощущения беды... Да, грусть. А эти пассажи? Как ветерок пролетел», – прокомментировала приятельница. Примерно, как у Гете: «В музыке есть нечто волшебное, она заставляет нас верить, что возвышенное принадлежит нам».
Типичная одесская публика. Открытие филармонического сезона как повод встретиться, «выйти в свет». По-прежнему выделяются заграничные гости. Непонятно, чем. И одеты просто, и держатся непринужденно. Взгляд, что ли, у них другой? Одесские дамы почтенного возраста. Шляпы, бусы, ридикюль… Негромко переговариваются в антракте.
– Вы представляете: Друбич еще жив! Ему за 80. Он гуляет в «кировском садике».
– Что вы говорите? Как это прекрасно. Вы не пригласили его в концерт?
Во втором отделении играли Первую симфонию Эдварда Элгара. Анонсировали первое исполнение в Украине. На сцене появились арфы, барабаны, добавились скрипки. Вновь летающая дирижерская палочка, рука, удивительно хорошо звучит оркестр. Хотелось продолжения. Публика хлопала, вызывала на бис, надеялась, что сыграют еще что-то. Но нет. Люди потянулись к выходу, сквозь толпу протискивались спешащие домой оркестранты с музыкальными инструментами. Подумалось, что – да, у них же семьи, дети, может, недоготовленный ужин… Но они подарили нам музыку, которая глушит печали.
