Поиск ответа.
Независимой Украине - 12 лет. Срок, достаточный для того, чтобы определиться, выработать свою идеологию, свою парадигму дальнейшего движения. Вспомним, что спустя 12 лет после Октябрьской революции, то есть в 1929 году уже вовсю работала идеология СССР, готовились грандиозные монументальные проекты и песни, такие как "Широка страна моя родная...". В современной Украине все еще продолжаются дискуссии о главных принципах идеологии, о наполнении понятия "нация", "национальный", о статусе языков, продолжается поиск исторической самоидентификации украинского общества. Такая идеологическая непроясненность - не только следствие политических противоречий внутри украинского общества. Все большее влияние на наш менталитет оказывают глобальные сдвиги в сознании всего человечества.
Состояние нас - тех счастливцев, кому довелось дожить до ХХ1 века, резко отличается от настроений наших предков, вступивших в ХХ век. Большинство из них радостно устремлялось в будущее, предвкушая небывалый расцвет Прогресса, Разума и Культуры, - всех тех красот о которых десятилетиями рассуждали классики литературы, известные философы, модные политики.
Кровавая, перекошенная ненавистью, забрызганная кровью, испачканная сажей от миллионов сожженных жертв образина ХХ века, вскочившего на помело военнотехнического прогресса оказалась шокирующей. Она никак не походила на тот светлый лик Просвещенного и Гуманного ХХ века, который рисовался в розовых фантазиях поколений века Х1Х. Корабль социальных иллюзий потерпел страшное крушение.
Из ХХ века вышли совершенно иные люди. Их багажом стала память о двух мировых войнах, смертоносных ядерных вспышках, возвышении и крахе кровавых тиранов, затмивших своей маниакальной жестокостью всех деспотов прошлого. Люди ХХ века, испытали на своей судьбе все <прелести>социальных систем, и социальных движений, ставших воплощенными утопиями прошлого. Их уже не удивишь коммунизмом, фашизмом, анархизмом, различными вариантами демократии, рыночной экономики, централизованного планирования, постулатами интернационализма, всеми оттенками национализма и ксенофобии. Всё перепробовали, во всем побывали, от всего получили увечья.
И когда с очередной трибуны раздаются голоса: <Вот смотрите, мы вам преподносим новую идеологию!>- люди устало отмахиваются: <все это уже когда-то было>. Эту новую общественную атмосферу четко <схватил>известный русский философ Арсений Гулыга. Он говорит о нынешней философии, которая <стала постсовременной, после того как поняла, что ничего нового изобрести нельзя>. То же самое можно сказать и о социально-политических доктринах: весь их набор исчерпан, сегодня мы видим лишь терминологические перелицовки старых содержаний.
В мире вызревает мысль о том, что в ходе многотысячелетней истории весь набор вариантов социально-политического развития исчерпан. Все виды социальной организации перепробованы и ни один не оказался абсолютным. Политическая история мира подходит к своему финалу, так и не <родив>чего-либо стоящего. Вероятно, не случайно на фоне буксующего (а то и деградирующего) социального мира на первый план вырывается идея информационного, компьютерного прогресса. Уж, коль скоро <несовершенные люди>так и не смогли сами разумно обустроить жизнь, то это должны сделать машины, втиснув людей в цепкую и гибкую систему рационального манипулирования и контроля. К этой идее, в частности склонялся японец американского происхождения Фрэнсис Фукуяма в своей нашумевшей книге <Конец истории?>.
Эта идея присутствует и в доктрине <глобализации>, двигателем которой выступают США. Их сверхзадачей является создание глобальной технотронной империи в конце мировой истории. Цель этой империи - навсегда искоренить всё иррациональное в человеческой природе, что приводит к войнам, столкновениям, конфликтам, неконтролируемой рождаемости и т.д.
Уже сейчас в <развитых странах>на каждого гражданина заводится своеобразное <электронное досье>. В нем скрупулезно отмечаются его положительные и отрицательные стороны, хобби, вредные привычки, факты нарушения им общественного порядка (вплоть до перехода дороги <в неположенном месте>или езды в общественном транспорте <зайцем>). Все это суммируется, обобщается и воплощается в систему действий по отношению к каждому человеку. Он может быть либо <заблокирован>и прозябать в социальных низах (с <потенциально опасной конфликтностью>), либо вообще его изолируют от общества, либо продвигают вверх по шкале интеллектуальных, психологических и социальных координат. Все это будут решать не люди с их <ненадежностью, амбициями, слабостями,>а неподкупные, рациональные и неумолимые машины. На поверхности же будет сохранен весь антураж демократии, выборов, рекламы и т.д. Вырисовывается картина, напоминающая тоталитарную утопию Оруэлла. С позиций такого жесткого технотронного рационализма устаревшими и наивными выглядят идеи индийской самобытности, исламского общества, украинской политической нации, поиска Россией своей национальноисторической идентичности и т.д. Все это рассматривается как <временные недоразумения>или <объекты стратегической игры>на пути глобальной рационализации. Регистрируется растущий разрыв между низким качеством массовых нравов и высокой интенсивностью информационных технологий. Героями телевизионных экранов становятся дурачки, раздевающиеся по команде, разбивающие об асфальт мобильные телефоны, выпивающие перед объективом флаконы одеколона, или выворачивающие перед публикой все грязные части своей личной жизни. Сверхпопулярными становятся игры, наподобие гладиаторских боев прошлого, эпохи <хлеба и зрелищ>. Технотронной системе нужен <человек играющий>, удобное для манипулирования существо, выпавшее из исторического и духовно-религиозного масштаба. Все что тянется к самостоятельному осмыслению жизни, к духовной свободе и независимости - потенциально опасно для системы.
Начало ХХ1 века - время распутья. Перед нами, как минимум, три пути.
Первый - попытка продолжения всего того, чем мы занимаемся. Выдумывать новые и новые эрзац-идеологии, которые ничего нового реально в себе не несут, повторять новые и новые варианты "бега по кругу", затевать новые и новые конфликты на фоне стремительно ухудшающейся глобальной обстановки.
Второй путь - отказаться от своей самобытности, от своей индивидуальности, подчиниться логике глобального технотронного порядка и навеки улечься под крышей глобальной "зверофермы".
Третий путь - известен из глубины веков, но не освоен человечеством, строившим свою историю в основном на принципах выгоды и насилия. Бердяев этот путь называет "персоналистической революцией", мировые религии - чудом преображения. Новая идеология заложена в нравственных основах всех мировых культур, как крупицы золота - в горной породе. Смысл ее - в мужественном осознании духовной самостоятельности и обращении к Вечности каждого человека независимо от положения, богатства или бедности, национальности, вероисповедания и т.д. Смысл - в мужественном осознании конца истории и начала совершенно иного состояния жизни и состояния общества. Известны примеры движения к новой идеологии в русле разных культур, разных религий. Мне более понятен и близок путь движения к новой идеологии в русле православнославянской культуры. В современной Украине, ищущей новую идеологию, адекватную ХХ1 веку, должна состояться глубокая и обстоятельная дискуссия на тему собственной судьбы и собственного будущего.
