Сегодня отмечается День Европы. Что она собой представляет в контексте проблем международного развития. Быть ли Украине европейским государством или не быть? Об этом размышляет в новой рубрике «ОИ» «Анализирует политолог» Сергей Глебов, кандидат политических наук, доцент кафедры международных отношений ОНУ им. И.И. Мечникова.
Инте-инте-интерес, выходи на букву «ЕС»
Внешняя политика государства – неразрывная часть государственной политики, которая в цивилизованном мире реализуется, прежде всего, с учетом интересов отдельной личности, общества, и лишь затем самого государства как общественного института сосуществования личностей в обществе, то есть граждан с «большой буквы» – патриотов своей страны. В демократических обществах интересы всех трех социальных субъектов, как правило, совпадают, или стремятся к единому знаменателю таким образом, чтобы они все вместе укладывались в более универсальное понятие национальных интересов. Через 15 лет после того, как 11 июня 1998 года Президент Украины Леонид Кучма своим указом № 615 утвердил Стратегию интеграции Украины в ЕС, Украина в 2013 году как никогда вплотную приблизилась к первому этапу полноценной институциональной интеграции с Европейским Союзом в контексте реализации государственной стратегии развития украинского государства на данном этапе. А эта стратегическая цель четко определена в основополагающем государственном документе – Законе Украины «Об основах внутренней и внешней политики» от 1 июля 2010 года: «обеспечение интеграции Украины в европейское политическое, экономическое, правовое пространство с целью обретения членства в Европейском Союзе». Означает ли это, что предстоящее для Украины все еще возможное и пока еще запланированное подписание Соглашения об Ассоциации с ЕС на саммите Восточного партнерства 28-29 ноября в Вильнюсе полностью отвечает национальным интересам Украины? В какой мере в целом курс на евроинтеграцию через политическую ассоциацию с ЕС и создание всеобъемлющей зоны свободной торговли между Украиной и Евросоюзом отвечает интересам личности, общества и государства, и в конечном итоге, национальным интересам Украины?
Европа в Украине, Украина в Европе?
Если подойти к ответу на эти глобальные мировоззренческие вопросы упрощенно, схематически, и даже примитивно, то ответ в пользу институционального сближения Украины с ЕС лежит на поверхности.
Для отдельной личности, конкретного украинского гражданина, вхождение в цивилизационное поле, ценностное пространство европейских демократий означает не формально-фиктивные, а вполне конкретные институциональные гарантии защиты и соблюдения прав и свобод человека и гражданина, достаточно высокие, по крайней мере, превосходящие нынешние украинские и в целом постсоветские, социальные стандарты повседневной жизни, более высокий уровень личной безопасности, гарантированный соответствующими правоохранительными органами.
Для украинского общества в целом ассоциация и идентификация себя с европейскими нациями, где сменяемость правящих элит напрямую зависит от демократических выборов, исход которых определяют избиратели, а не технологии, дает шанс окончательной и бесповоротной трансформации из простого созерцателя политических процессов и объектов политики в субъектов того самого гражданского общества. Именно оно делает из представителей власти слуг народа, а не господ, а в таком обществе сила нации – не в олигархических кланах, а в свободном, но законопослушном, и сильном среднем классе.
Для государства Украина, которая уже фактически потеряла 20 лет на пути демократических и неолиберальных реформ, ассоциация с высокоразвитыми политическими и экономическими системами ЕС дает шанс на восполнение утраченного времени по наращиванию темпов даже не в борьбе с коррупцией, а в искоренении этого деструктивного явления как способа жизни в Украине властно-бюрократических элит и части национальной постсоветской украинской ментальности. Верховенство права, независимые и честные суды, правоохранительная система, в которую не страшно обратиться с просьбой о защите, боеспособная армия, конкурентоспособная экономика, живущая по законам уважения прав собственности на капитал и средства производства, а не по законам почти дарвинистского естественного отбора – не в этом ли государственный интерес Украины?
Конечно, все эти тезисы (лишь немногое из того, о чем еще следовало бы упомянуть) оппонентами евроинтеграции Украины могут восприниматься как ничтожные, теоретически абстрактные, не имеющие ничего общего с реальной жизнью не только в Украине, но и в Европе. В отношении опыта Украины все очень даже конкретно: а не к этому ли стремится Украина на высоком конституционном уровне с 1996 года, не те ли тезисы демократического, правового, социального развития являются ядерной основой украинской Конституции? Конечно, если само упоминание Основного Закона Украины, как говорится, «всуе», у специалистов и большинства граждан Украины вызывает скептическую или даже саркастическую улыбку, то как тогда расценивать практически идентичные политические лозунги, которыми в таком духе интересов личности, общества и государства нас «подкармливают» так называемые украинские политические элиты вот уже более 20 лет во время и вне всевозможных избирательных кампаний? Выходит, что само понятие европейской интеграции действительно, пусть зачастую формально, но все же полностью совпадает и отвечает интересам украинской конституции, программам всевозможных политических партий, лозунгам правящих элит, интересам все еще слабого гражданского общества Украины и чаяниям большинства здравомыслящих украинских граждан. А значит, по всей видимости, отвечает национальным интересам Украины.
Похищение Европы у Украины
Естественно, не менее часто можно услышать тезис о том, что и в Европе не все «слава богу», и там экономический кризис, и там коррупция, и там силой разгоняют общественные акции, и бедность, и двойные стандарты, и против бывших политиков самого высокого уровня тоже открывают уголовные дела. Да, мир не идеален. Не идеален, а главное, неравнозначен сам Европейский Союз: организация, которая доказывает свою жизнеспособность с 50-х годов прошлого столетия. Доказывает настолько убедительно, что после 1991 года к 12 членам ЕС прибавилось еще 15 государств Северной и Центрально-Восточной Европы, большинство из которых – бывшие страны соцлагеря и даже три Балтийские, экс-советские республики. Да, не все страны-члены ЕС, особенно из когорты последних, могут по силе политической и экономической мощи сравниться с теми локомотивами Евросоюза, с которыми он и ассоциируется вот уже многие десятилетия – Германией, Францией, Бельгией, Нидерландами. но то, что сам факт внутренней европеизации и присоединение к ЕС навсегда изменил суть самих посткоммунистических обществ на уровне ментальности, правовой культуры и правосознания, ведения бизнеса – это факт. В связи с этим Украина вполне может ориентироваться на примеры Польши, Чехии и других стран-соседей Украины по региону из числа стран ЕС, которые успешно провели внутреннюю трансформацию согласно переговорным требованиям и критериям ЕС еще на этапе вступления и сегодня демонстрируют позитивную цивилизационную динамику в направлении тех самых экономических, правовых, социальных стандартов, к которым Украина только лишь стремится.
Конечно, Украине понадобятся еще многие годы, чтобы пройти внутреннее очищение от всего того, что мешает нам идентифицировать себя в качестве носителей европейских ценностей. Безусловно, даже если и состоится подписание Ассоциации в ноябре в Вильнюсе, это не сделает Украину автоматически «европейской» ни экономически, ни политически. Домашнюю работу за Украину никто делать не собирается, право быть правовым и социальным государством нужно заслужить у себя в стране, а за экономические рынки производства и сбыта украинской продукции придется бороться, достаточно жестко, с теми же европейцами, но в условиях четко определенных и прозрачных правил европейского экономического поведения и норм ВТО. Так что саму евроинтеграцию следует рассматривать не как самоцель, а как средство, подкрепляющее генеральный курс на демократическое развитие Украины, даже если обновленная и сильная в будущем Украина и не станет членом ЕС. Возможно, это будет даже не актуально для Украины и ЕС. Пример модернизированной по европейским стандартам и под разумным давлением ЕС –Турция, сегодня входящая в двадцатку наиболее развитых государств, может так же, отчасти, служить ориентиром для Украины.
А какие интеграционные альтернативы в глобализирующемся и интегрирующемся мире? Где еще нам выдвигают условия по демократизации, проведению честных выборов, требуют от нас реформирования судебной системы, борьбы с коррупцией, верховенства права, отказа от избирательного правосудия, где предлагают взаимовыгодные, пусть даже где-то компромиссные, условия ведения торгово-экономических отношений в совместной зоне свободной торговли с самым богатым и перспективным рынком Европы? СНГ, ЕЭП, Таможенный Союз..? Во-первых, тема конкуренции чрезмерно политизирована, даже «загеополитизирована», экономические выгоды дискутабельны (впрочем, как и в случае с ЕС), а, во-вторых, интеграция – это не только экономика, это цивилизационный выбор. Это уровень и, в конечном итоге, смысл жизни, который хочется видеть не в интересах постсоветских элит, а в истинных национальных интересах демократической Украины.
А Евросоюз со своими текущими экономическими проблемами справится, выйдет из них обновленным и более сильным, ведь любой кризис – это шанс обновления на уже принципиально новом уровне, где учитываются уже не только интересы отдельного государства ЕС, а где та же богатая Германия вынуждена коррелировать свои национальные интересы не только со своими гражданами, но и с обществами остальных 26 государств ЕС на пути национальных интересов граждан ЕС в федерализирующемся Евросоюзе. Евросоюзе, где уровень и масштаб коррупции значительно меньший, где фактически бытовая коррупция побеждена (а менее благополучным в этом отношении Болгарии и Румынии есть с кого брать пример, и перед кем держать ответ); где если и выявлены факты коррупции, то они нещадно караются верховенством права и равенством всех перед законом, невзирая на ранги, заслуги, лица, партийную принадлежность; где даже нарушение правил дорожного движения, не совсем щепетильная финансовая дисциплина чиновников, на которую в Украине даже не обратили бы внимания, где банальный плагиаризм – то есть воровство чужых мыслей, идей, научных текстов – не раз приводили высокопоставленных европейских чиновников на эшафот демократии и даже с крахом заканчивали их политическую карьеру; где уголовные дела открываются независимыми судьями в отношении как бывших, так и действующих представителей власти и просто очень богатых, но нечистых на руку бизнесменов; где если правоохранители и применяют силу для разгона массовых демонстраций, то, как правило, в случае явного нарушения общественного порядка, но не по политическим мотивам. При этом это никак не сказывается на высоком авторитете европейского полицейского, к которому не то что не страшно подойти с просьбой о помощи, а он, в силу авторитета власти, является единственно верным адресатом обращения в защиту нарушенных прав. А двойные стандарты, свойственные глобальной политике, если и применяются в Европе, то, по большей части, не касаются собственных граждан, а направлены на их защиту от внешних угроз… Мир-то не идеален, и дело не только в международном терроризме…
Быть Украине европейской или не быть?
Главное, чтобы украинские политики, приводя пример стран Евросоюза, не сравнивали Украину в контексте того, «а как там плохо у них», а то, когда для обличения внутренних кричащих проблем почему-то редко вспоминают о красноречивых примерах европейских успехов в борьбе с элементарными угрозами нормам общественной морали и жизни. Ведь главное отличие европейского и постсоветского подхода, например, к вопросам борьбы с коррупцией заключается в следующем. И в Евросоюзе, и в Украине тоже говорят о коррупционном зле, но в Европе думают о том, как реально противодействовать коррупции силой права и независимой судебной системы, а в Украине, где все – от президента до рядового гражданина – признают и даже ужасаются уровнем правового беспредела и тотальной коррупции в Украине, предпочитают вести дискуссию не о том, как ее искоренить, а о том, как выжить в ее условиях. Поэтому в шаблонном ответе государственных органов власти Украины: «за защитой нарушенных прав обращайтесь в суд», кроется совершенно другой контекст, в рамках которого и судьи, и адвокаты, и прокуроры, да и рядовые секретари в судах выполняют совершенно иную функцию, нежели ту, которую выполняют аналогичные институты в передовых странах Евросоюза.
Тем не менее, в День Европы в Украине в перспективе Соглашения об Ассоциации открываются европейские ценностные проблески в конце национального туннеля. Часто от политиков и чиновников можем услышать самый распространенный тезис в отношениях Украина – ЕС о том, что нам Европа не нужна, свой суверенитет мы им не отдадим, нечего нас учить, мы и сами справимся, дескать, «будем своими силами строить Европу в Украине». Ну, так своими силами строить не получается – это очевидно. Причины этого тоже понятны. А польза, тем не менее, от евроинтеграционного курса Украины очевидная, и от такого назидательного менторского тона со стороны ЕС украинские граждане, общество, да и все государство только выиграют. Так, в канун очередного этапа мониторинга ЕС выполнения Украиной взятых на себя обязательств по подготовке к подписанию Соглашения об Ассоциации (в конечном итоге, Украина хочет интегрироваться в ЕС, а не наоборот) во вторник 14 мая, Верховная Рада проголосовала в целом за проект закона относительно реализации государственной антикоррупционной политики. Закон поддержали 373 депутата. Это один из так называемых евроинтеграционных законов – законов, принятия которых фактически требовали в ЕС. Так что, пока Евросоюз не грянет, Украина не перекрестится? Это к вопросу о том, кто мы сами. Ну, пусть лучше национальные интересы реализуются так, чем никак. В День Европы с новым годом Европы в Украине!
От редакции.
Уважаемые читатели, если Вас заинтересовала статья доцента С. Глебова о сближении Украины с Европой, изложите свой взгляд по этой глобальной проблеме. Что надо, чтобы мы жили по европейским стандартам. Ждем Ваших писем.
