Тили-тили, трали-вали, это мы не проходили, это нам не задавали… Многим знакомы эти слова из некогда популярной песенки, прозвучавшей в мультфильме о ленивом Антошке, предпочитавшем лопате большую ложку. Мне они вспомнились, когда попытался выяснить у работников одесского железнодорожного вокзала, почему мне всучили (иного слова тут не подберешь) билет ДИ № 325616 для проезда от Львова до Одессы в двухместном мягком вагоне на 3 июня 2016 г. вместо 3 июля сего же года. Во всех инстанциях, как сговорившись, на повышенных тонах отвечали стандартно: «Виноват сам, надо проверять билет». В кассе, где всучивали билет, правда, добавили вопрос: «Вы сдачу в магазине проверяете?» Вот и весь сервис, ориентированный на ЕС. Нашли, как говорится, крайнего, который не по своей вине, а из-за ошибки, заложенной в документ кассиром, испытал предынфарктный стресс, выяснив через интернет, что билетов на ближайшие дни нет. С великим трудом, но таки раздобыл местечко в плацкартном вагоне, на верхней полке последнего купе возле туалета, внеся в кассу реформируемого под зарубежных патронатов жэдэхозяйства 128 грн вдобавок к «сгоревшим».
Почему напоминание, написанное на обратной стороне билета: «Проверяйте дату, номер и время отправления поезда», стало основанием для обвинения в случившемся меня, а не кассира, допустившего ошибку? А ларчик открывается просто: если пассажир проверит дату, номер и время отправления поезда и обнаружит ошибку, ее выправят; если же он доверится кассиру, то станет жертвой «эксперимента». Причем выгодного: место, которое он «прогавил» по своей доверчивости, будет перепродано, но уже иным способом. Чем не бытовая коррупция? Неужто третьего июня в седьмом вагоне поезда под шифром 136 третье место оставалось свободным от Львова аж до Одессы? Как писал классик, свежо предание, да верится с трудом. И я оказался виноватым лишь в том, что кому-то хочется хорошо кушать?
Может быть, и не стоило писать об этом случае, ведь все мы не застрахованы от ошибок. Но, к сожалению, подобная невнимательность, порождаемая доверчивостью клиентов и безответственностью должностных лиц, стала уже как бы закономерностью, выражаясь по-ученому, данной нам в ощущении. Облэнерго – без преувеличения – с бухты-барахты, зачислило меня в разряд должников. Речь шла о ста с лишним гривнях. Вкрадчиво-вежливый голос периодически сообщал по телефону о необходимости уплаты долга. Хоть время и золото, я не пожалел его, и, пробиваясь через бюрократические препоны, начал доказывать энергетикам, что они допустили ошибочку в расчетах. Упирались мои визави, но признали свою неправоту. В очередной квитанции скостили долг до 51 гривни. Не стал снова тратить время, нервы и пожертвовал эту «субсидию» в пользу монополиста. И подумал о том, какой навар может иметь Облэнерго за счет вот таких «ошибочек» в расчетах с абонентами. Конечно же, неплохой. Как и те, кто предоставляет нам услуги по мобильной связи. Не раз вдруг куда-то исчезали неиспользованные юниты. Однажды, лишившись ста гривень, попытался выяснить причину их исчезновения из мобоборота. Чего только не наслушался я по телефону и в личных встречах с сотрудниками UМС. Добился лишь того, что руководивший тогда ЮТУ СПИМС Н. Катеринчук в официальном письме ответил: «Возможно, ситуация, которая имела место в Вашем случае, при которой был зафиксирован звонок длительностью 1712 секунд, объясняется тем, что Вами не была нажата кнопка «Отбой звонка», что и привело к удержанию канала и тарификации звонка на столь длительное время». Прочитал это и невольно вспомнил публикацию Ивана Мельничука в «Зеркале недели» под заголовком: «Мобильные аферы. Как обманывают пользователей мобильной связи». Он утверждал: «Мобильная связь, как и любая сфера нашей жизни, где замешаны деньги, находится под прицелом мошенников». И на конкретных примерах доказал справедливость этих слов. Я не пытался вести поиск мошенников, остался доволен предположением сотрудников украинской мобильной связи, что, возможно, мною не была нажата нужная кнопка. Как глаголят немногословы: проехали!
Когда писались эти строки, пришло известие еще об одной ошибочке: отправленное мною два месяца назад письмо в Беларусь не пришло к адресату. Надежды на то, что почтовики не обвинят именно меня в этом, нет. Придется обратиться к почтальону Печкину, который был пунктуальным и ответственным на своем посту. Не в пример тем, кто ныне, допуская ошибки, вместо того, чтобы признать их и хоть бы принести извинения, оправдывают свою безответственность, ссылаясь на то, что «это они не проходили, это им не задавали». Доколе будет продолжаться такое тили-тили трали-вали?
