Знаю лишь то…
О, люди добрые!
Не знаю, кто вы есть,
Какое вам дано предназначенье…
Надеюсь – лишь не только пить и есть,
Да алчности лелеять наважденье.
Хочу, чтоб звезды освящали вас
Космической астральностью невинной
И укреплял сердца всесильный Спас,
Восприняв вас частицами Вселенной
По первородству чистой и святой,
Как капелька росы на лепестке ромашки.
По жизненной дороге непростой
Вел до конца, прощая вам промашки
Невинные – без лести, злобы, лжи, –
Плоды доверчивости доброй и отрадной…
Ведь беззащитен колосочек ржи
Перед косою острой, беспощадной.
И впору ль мне вас, умных, поучать?
Ведь не пророк я, из простейших смертных.
И все же сатанинскую печать
Хочу изгнать вон по завету мертвых:
На белом свете надо честно жить,
Не троглодитом, а дитем природы.
Тот, кто все сводит к гамме: «есть да пить»,
Продался алчности, не обретет свободы
Души и тела, истин не познав…
Над ним нависли самоедства своды.
За них я свечи жег и «Отче наш» читал,
Не знаю, слышал ли меня Всевышний?
Но знаю то, что от души желал,
Чтобы никто не стал душою нищим.
Не говори: «Прощай…»
романс
Не говори: «Прощай…» и не стели печалью
Дорогу в будущее призрачных удач.
Нас радость снова ждет
за взгляд манящей далью,
Где счастье мчится к нам
по Божьей воле вскачь.
Не говори: «Прощай…»,
не плачь перед иконой
И не кори судьбу за то, что нас свела.
Итог прошедших лет
воспринимай законным,
Отринув сонм интриг, их суть сокрыла мгла.
Нам дарят ангелы сиреневое утро.
Мой пылкий поцелуй разбудит чувства вновь.
Не говори: «Прощай…»,
а стань Богиней мудрой
И сохрани наш мир по имени – Любовь.
Путешествие
Потекла, поползла осенняя
Слякоть с ветром, рождая грязь.
Почитаю-ка я Есенина –
Никто в душу мою не влазь…
Мы вдвоем разберемся с Сергеем:
Что, зачем, почему и как.
Где-то сердцем кого-то согреем,
А кому-то покажем кулак.
С кем-то выпьем с хорошей закуской,
От кого-то не примем стакан…
Прогуляемся улочкой узкой,
Где живет удалой хулиган.
Под смешок простачками прикинемся
Или сделаем умный вид.
В кабаке на скамейке подвинемся,
Коль пожалует к нам инвалид.
А гульнув, за околицу, росами
Выйдем песни послушать всласть
Девок красных с русыми косами
И забудем про бога и власть,
Про грехи и второе пришествие
Под разливы рулад соловья.
Вот такое мое путешествие
В слякоть с ветром осенним, друзья.
В жару
Жду дождевые облака
И степь хотя б дождинку просит…
Ну, а пока… Ну, а пока
Их ветры в никуда уносят.
Зло сушит губы суховей,
От жажды горло пересохло.
Все глубже складка меж бровей
Без философии Софокла.
Та философия сложна –
Для рассуждений сверхнаходка…
Но мне в жару, как жизнь, нужна
Дождя неспешная походка.
Деревьям, травам и земле,
Пересыхающим речушкам
И изнывающим в жаре
Цветам – мальчонкам и девчушкам…
***
Душа моя трепещет, как пламя
Одинокой свечи на ветру…
Я слезу твою – верности знамя –
Теплотой откровенья утру.
Если все-все земное от Бога,
То и Бог в небе должен признать,
Что в любви места нет для подлога –
Настоящей любви не предать!
Грусть
Иду неспешною улиткой
По зарубежной гладкой плитке,
А мысли у родной калитки,
Где на скамеечке под липкой
По вечерам играл в лото.
Там, где не срублена дубрава,
Блаженствуют под солнцем травы
И птиц щебечущих оравы
Поют «про это и про то…»
Где запах нежной маттиолы,
Гудят рапсодиями пчелы,
И бабы, подоткнув подолы,
Полощут в реченьке белье…
Бреду усталою улиткой
По колдобоинам без плитки
И городской смог горький, липкий
Ложится грустью на чело…
Не всеми предан
Войти в маршрутку просится старушка.
Преградой встал шофер-мордоворот.
Ему «до фени» – лишней что полушки
Нет у старушки уж который год.
Достал я гривни, хоть и сам считаю
Свои доходы под лупой невзгод.
«Пусти, – сказал уроду. – Рассчитаюсь».
И он затих, воды набравши в рот.
Молчали пассажиры: «…хата с краю».
И вдруг девчонка, утерев слезу,
Вскочила и старушке помогая,
«Простите, – прошептала, – нам вину».
На свое место усадив седую,
Она ушла, шоферу бросив: «Хам!»
Я мысленно пропел ей «Аллилуйя…»
Ушла маршрутка точно по часам.
Как хорошо, что в сердце жизни новой
Средь квот и льгот, поставленных на кон,
В погоне за наживою бредовой
Не всеми предан Совести Закон.
***
Пусть расплавится айсберг
Не ищи сор для ссор,
Не придумывай спорные факты.
Бесполезен эмоций ор –
Он, как те же крапленые карты…
Если в чем-то виновен я,
Помоги разобраться. Мы – вече!
Не терзай и не муч себя,
Дорогой мой, родной человече.
Если вдруг спотыкнулся на ровном,
Поддержи и подставь плечо.
Мы не зря сведены самим Богом,
И наш путь будет долгим еще
Под неистовством бурь и громами,
Под безжалостной кармой судьбы.
Так давай же не станем рабами
Подозрений, людской молвы,
Недомолвок, намеков и сплетен,
Пересудов, догадок и зла.
Я тебе подарю много песен –
В них обиды сгорят дотла.
Мы протянем друг к другу руки
И сомкнем в поцелуе уста.
Пусть расплавится айсберг разлуки
Пред иконой святого Христа.
Не ищи сор для ссор.
Не ищи…
И свет, и тень…
Я молча все воспринимаю…
Орать?
Но кто услышит ор?
Поэму сердцем сочиняю
О том, как пережили мор,
Доносы, искривленья власти,
Как в завтра верили, молясь,
Считая – только лишь отчасти
У нас возможны ложь и мразь,
Что лозунги – не от лукавых,
И планы – явь, не пустой звук
Шарм празднеств щедро-величавых –
Хвала плодам дел наших рук…
Пишу, стараясь быть правдивым,
А посему и свет, и тень.
В словах живут противоречиво,
Как антиподы – труд и лень.
Пишу о прошлом, о сегодня,
Что мысли гонят под перо,
Зная – есть рай и преисподняя,
Было – Адамово ребро...
Хочу побыть на поле диком,
Вне плутовства продажных уст,
Где зреет гением великим
Колос надежд и чистых чувств.
В реанимации
Пронзила «всезнание» потеря сознания…
Из комы пришлось выбираться опять.
Сошлось на тебе все мое мироздание!
Ошибка? Кто может мне правду сказать?!
Шальная комета, прошившая небо,
Иль старец-скиталец, как лунь седой?
А, может, астролог, уверовав слепо
В сплетение линий под мифов звездой?
Послушаю всех, распахну настежь душу,
Приму их слова за всесильный бальзам,
Отдав долг сполна Моисеевой суше
И манне небесной, иным чудесам…
При этом учту, что у каждого кредо
Свое для разгадки непознанных тайн,
Хранимых Землей, Океаном и Небом
От тех, кто играет житейский свой тайм.
…Воскрес. Прошептал всесвятую молитву –
Ее я в наследство от матери взял.
Лишь тот может выиграть, в кому впав, битву
Кто любит, любим, слову Божьему внял.
Так, что захватывает дух…
Иду неспешною походкой
Сквозь сочный пряный травостой.
Луна, каленой сковородкой,
На углях звезд греет покой.
Колышет вербы сонный ветер
Над плесом в нежных лилиях.
И нежится в цветах средь ветел
Библейская идиллия.
Едут мечты в кабриолете.
Я тих и нем – ни слова вслух.
А соловей поет о лете
Так, что захватывает дух…
