У пам’яті, справді, немає меж. У цьому ще раз довелося впевнитися після публікації в «Одеських вістях» за 21 липня ц. р. матеріалу «Непогамовний біль». У ньому йшла мова про те, як через багато років було відновлено добре ім’я капітана Олександра Корольова, котрий у свої 29 років командував батальйоном у проклятій народом «неоголошеній» афганській війні. Саме його спробували звинуватити навічно у тому, що батальйон, який потрапив у засідку, втратив 87 чоловік в одному бою, що розпочався зненацька. Так було вигідно подати картину нічим невиправданої і непоправної втрати високому військовому начальству. Але тільки не тим, на чиїх очах падали уражені душманськими кулями впритул бойові побратими, помирали поранені…
Саме вони, ті, хто залишилися живими, і ті, хто протримався до підходу підмоги, не зрадили святої правди і захистили офіцерську честь орденоносця капітана Корольова, яку він цінував понад усе, і відновили справедливість для його дружини Наталі Валентинівни та сина Дмитра, який вже переріс батька – йому пішов тридцятий рік.
Всі читачі, що відгукнулися на публікацію, просили передати подяку Олександру В’ячеславовичу Ружину, який став ініціатором пошукової акції з об’єднання усіх воїнів “Корольовського” батальйону, тих, хто залишився в живих, і увічнення пам’яті про тих, хто загинув у боях, помер у муках від ран на руках у однополчан або на шпитальних ліжках. Незалежно від того, звідки вони були призвані до лав Радянської Армії і в якій країні СНД сьогодні живуть. Для нього, колишнього замполіта мотострілецької роти 1-го “Корольовського” батальйону, а нині підполковника запасу, що був поранений душманськими кулями, вони, як рідні брати.
Під час зустрічі з Олександром В’ячеславовичем я розповів про відгуки, передав номери телефонів тих, хто хоче з ним зв’язатися і побажав йому успіхів у благородній пошуковій роботі.
– Для нас святіше святого домогтися, щоб пам’ять про афганців, яких з нами вже немає, не згасала у їхніх земляків, а тим паче, щоб її ніхто не осквернив.
– А таке можливо?
Олександр В’ячеславович, палкий за вдачею, стримуючи почуття, відповів:
– Івани, що не пам’ятають роду, ще не перевелися. Ось, прочитайте відповідь на мій лист до Киргизії, – подав густо списаний нерівним почерком аркуш паперу.
“Здравствуйте, уважаемый Александр Вячеславович Ружин, пишет Вам Нурматов Муратали Маматкаримович, родной брат Мурзали. Мы получили Ваше письмо и очень обрадовались: есть, оказывается, люди, которые знают и помнят нашего Мурзали, и не только помнят, но и не хотят забыть. Я хочу написать Вам правду – горькую правду о том, что пережили мои родители.
Мы никогда не забудем тот день, 5 мая 1984 года, когда нас известили, что Мурзали погиб в Афганистане. Потом сотрудники военкомата привезли гроб с телом Мурзали. В тот же день мы его похоронили. Люди из военкомата на похоронах не участвовали, т. к. они сразу же уехали, выгрузив гроб. На похороны было привезено 50 кг риса и 25 кг мяса, военкоматом.
Но получить гроб с телом 20-летнего сына и похоронить его, для родителей оказалось полбеды. Дальше их ждали оскорбления и унижения со стороны городских властей. Не прошло и месяца после похорон, как приехал завскладом горторга и потребовал деньги за рис и мясо. Отец обратился к военкому города, на что он ответил: “Твой сын, ты и плати”. И отец заплатил. Через 2-3 месяца отец снова обратился к военкому с просьбой установить памятник на могиле и назвать именем Мурзали школу, где он учился, или улицу. Но в ответ услышал такое, что и в страшном сне не приснилось бы: “Ваш сын застрелился, и назвать школу или улицу именем самоубийцы не стоит”. Услышав такие слова, мать тяжело заболела и фельдшер, приехавший на вызов, отвез ее в больницу, где она пролежала около месяца. Затем родители написали командиру части, где служил Мурзали, и получили ответ, в котором говорилось, что Мурзали погиб в бою и посмертно награжден орденом Красной Звезды. Через некоторое время в зале госадминистрации родителям вручили орден. Но даже после этого установить памятник и переименовать хотя бы улицу его именем власти города упорно отказывались, и даже сказали матери: “У вас 10 детей и ничего страшного, если похоронили одного”. На что мать ответила: “У вас на руках 10 пальцев, отрубите один палец, будет больно или нет?!” Через год с лишним памятник все-таки был установлен, но не военкоматом, а горкомом комсомола. Но даже усилийсекретаря горкома комсомола города переименовать школу или улицы именами погибших оказалось недостаточно. Погибших в ДРА из нашего города двое, Мурзали и Ахмеджанов Олег Викторович, который погиб в октябре 1984 г. Родители его умерли, родные уехали в Россию, и горожане постепенно забывают о своих героях.
29 октября 2006 г. умер наш отец, так и не добившись и не дождавшись, что именем Мурзали назовут школу или улицу нашего города.
В своем письме я просил Вас написать письмо мэру и военкому г. Кызыл-Кия, с просьбой переименовать школу или улицу именами Мурзали и Олега, может быть, они постесняются Вас, боевого командира, и выполнят Вашу просьбу…
Получив Ваше письмо, нынешний мэр города сказал: “У нас в городе, оказывается, есть воин-интернационалист, погибший в ДРА, о котором знают в Украине, а мы живем здесь и ничего не знаем о нем”. Он поручил председателю женсовета найти родителей, получить копии документов и отправить их Вам. Надеюсь, она отправила их Вам, т. к. она приходила к нам, передала Ваше письмо нам и мы дали документы, которые были у нас, которые она скопировала. Если нет, то мы сами отправим Вам.
Уважаемый Ружин Александр Вячеславович, в Центральном музее Вооруженных Сил СССР в г. Москве хранится пробитый четырьмя пулями и обагренный кровью комсомольский билет Мурзали. Об этом мы узнали в 1987 г., после того, как получили письмо от директора музея Евдокимова, и передали в музей орден Красной Звезды и фотографии. Будете в Москве, посетите этот музей.
В конце своего письма я попрошу Вас, Александр Вячеславович, еще об одном: найдите родителей Коробчука Александра Евстафьевича. Он родился в октябре 1960 г. Получил комсомольский билет в сельскохозяйственном техникуме г. Ровно в 1975 г. Других данных нет. Комсомольский билет Коробчука также хранится в музее. Об этом меня попросил Евдокимов , когда я посещал музей. Тогда служил в армии и посетил музей, находясь в отпуске.
На этом я попрощаюсь с Вами и за все Вам благодарен.
С уважением, Нурматов Муратали.
Наш адрес: Республика Кыргызстан, Баткенская обл., г. Кызыл-Кия, ул. Джамбула, № 13”.
Прочитавши ці рядки, я мовчав. Їхня гірка правда не потребувала уточнень та запитань. А Ружин дав мені другого листа.
“Уважаемый Александр Вячеславович! Мэрия города Кызыл-Кия получила ваше письмо за № 440 от 18 апреля 2007 года 25 мая 2007 года. Мы благодарим Вас и Ваш фонд “Черноморье” за светлую память о нашем земляке Нурматове Мурзали Маматкаримовиче, за все Ваши труды, направленные на увековечивание памяти павших героев в афганской войне 1979 – 1989 годов.
Мы ознакомились с письмом брата Мурзали Нурматова Муратали, адресованным Вам. Да, нам сегодня стыдно за тех, кто проявил равнодушие к горю, причинил боль семьям погибших воинов.
15 февраля 2007 года, в годовщину вывода советских войск из Афганистана, мы чествовали наших воинов-интернационалистов и на торжественном собрании в их честь поднимали вопрос увековечивания памяти павших смертью храбрых наших сыновей Нурматова Мурзали и Ахмеджанова Олега.
Постановлением городского Кенеша депутатов за № 224/136 от 17 мая 2007 года вынесено решение присвоить неполной средней школе № 14 имя Нурматова Мурзали Маматкаримовича. Данное решение доведено до сведения местного населения. Также по просьбе и предложению городского Союза ветеранов-афганцев подготавливается проект памятника павшим в боях воинам-афганцам”.
1 вересня 2007 р. киргизькі дітлахи пішли навчатися до школи імені орденоносця Мурзалі Нурматова.
Цього ж дня у Республіці Молдова відкрила двері до знань школа імені воїна-афганця Віталія Гинку, на відкритті якої побували Олександр В’ячеславович Ружин та інші бойові побратими Гинку, мати якого Лідія Минівна Гинку вклонилася їм у пояс за світлу пам’ять про її кровиночку – улюбленого сина.
– Заради таких хвилюючих хвилин для сотень, тисяч людей треба працювати роками, – сказав мені бойовий офіцер-афганець, орденоносець, нині працівник Одеського морського торговельного порту Олександр Ружин. І з ним не можна не погодитися.
