Три штриха к портрету Победы

Букетик из фиалок

В моем доме долгое время жил ветеран боевых действий Федор Арсеньевич Ботунец. Человек скромный, приветливый, который не любил вести праздные разговоры за партией в домино или сидя на лавочке у дома, как это делали многие представители его поколения. Он помогал жене ухаживать за больным сыном, ходил на базар, готовил еду, а в свободное время увлекался выращиванием узамбарских фиалок. 

Я в тот момент тоже пыталась создать небольшую коллекцию этих удивительных растений. Но, увидев, фиалки на подоконниках квартиры Федора Арсеньевича, поняла: мои усилия тщетны. 

Дело в том, что я больше ни у кого не видела фиалок с такими толстыми стволами и таким невероятным количеством цветов! Подоконник попросту утопал в цветах самых разных форм и размеров совершенно невероятной красоты! Федор Арсеньевич раздавал отростки всем желающим, но практически ни у кого они так дивно не росли. 

Рассказываю я об этом так подробно потому, что свою жизнь Федор Арсеньевич измерял от одного до другого Дня Победы. Каждый год, надев ордена и медали (всю войну он прошел военным водителем), Федор Арсеньевич отправлялся на фронтовой привал. С собой брал несколько сделанных им самим крохотных букетиков из цветов узамбарской фиалки. Он их упаковывал в кулек из газеты, нес его торжественно и бережно. Наверное, чтобы подарить кому-то из женщин-ветеранов. А потом, вечером, возвратившись домой, говорил одну и ту же фразу: «Ну вот, еще один год прошел с момента окончания войны. Надо дожить до следующего Дня Победы. И вырастить красивые фиалки. У меня уже есть идеи, как получить совершенно необычную окраску цветов».  

Я слышала эти рассуждения на протяжении многих лет. Думала, наверное, вот это настрой на следующий День Победы и помогает жить дальше, вопреки серьезным недугам и большому количеству лекарств, которые приходилось принимать Федору Арсеньевичу. 

Моему соседу удалось встретить только 50-летие Победы. Его счастью не было тогда предела: вот, уже полвека живем в мире, говорил он.  А  вскоре  тихо умер у себя на кухне. Но старожилы дома до сих пор вспоминают его букетики из цветов фиалок как, пожалуй, самые необычные символы Дня Победы.  

Никто не забыт?

Несколько лет назад мне рассказали эпизод из времен войны. 

Когда стало ясно, что Одессу сдадут немцам, многие жители пытались выбраться из города, чтобы не оказаться в оккупации. И у железнодорожного полотна, где-то в районе между нынешними платформами Шевченко и Кулиндорово, состоялся бой. Женщин и детей прикрывала, давая им возможность уйти дальше, небольшая группа сотрудников НКВД. Человек 7-10. Поскольку силы были неравны, исход боя был предрешен. Один за другим погибали добровольные защитники. Когда в живых осталось буквально два человека, немцы одним выстрелом разрушили большую часть склона, превратив его в братскую могилу для тех, кто защищал одесситов. 

После войны те, кто знали об этой истории, не раз просили начать поисковые работы, найти на небольшом участке территории погибших, сообщить родственникам, кто погиб в том бою, и провести перезахоронение. К сожалению, до сих пор ничего этого сделано не было. Чаще всего, тем, кто обращался, отвечали, мол, сотрудники НКВД нас не интересуют.  

К сожалению, с подобной позицией приходится сталкиваться достаточно часто. Мы всех делим на своих и чужих. Хотя люди, которые ценой своих жизней дали возможность спастись другим, заслуживают совершенно иного отношения к себе. Хотя бы после смерти. Заслуживают уважения и перезахоронения со всеми воинскими почестями. 

Неприступные твердыни

Александр Рысин, который на протяжении 38 лет возглавлял мемориал героической обороны Одессы «411 береговая батарея», был вечным мечтателем. Да, ему приходилось постоянно заниматься массой совершенно разных вопросов – защитой территории от вандалов, уборкой, пополнением фонда музея, поиском новых экспонатов. Но при этом была у Александра Николаевича мечта, о которой я расскажу сегодня. 

Он хотел сделать яркую, красочную экспозицию, посвященную сразу двум береговым батареям, – 411-ой  и 412-ой, защищавшим Одессу. Ревности по отношению к мемориалу у пгт Черноморское, где в 2010 году, накануне Дня Победы, торжественно открыли памятник-мемориал донецким шахтерам, геройски погибшим при обороне Одессы, у него не было. Александр Николаевич считал комплекс наших береговых батарей совершенно уникальным явлением в истории войны. И рассказывать посетителям мемориала хотел не о батареях в отдельности, а обо всем укрепрайоне, созданном для защиты Одессы с моря именно с помощью береговых батарей.  

Тогда я услышала, что к проектированию укрепрайона имел непосредственное отношение лучший на тот момент в мире военный инженер, генерал-лейтенант, Герой Советского Союза Дмитрий  Карбышев. Он проектировал бастионы Брестской крепости, изобрел противотанковую мину, продумал такое размещение береговых батарей, что Одесса оказалась максимально защищенной с моря. 

Дмитрий Карбышев входил в список тех, кого немцы предполагали использовать для интересов Третьего Рейха. Именно поэтому, когда после контузии и ранения в боях у реки Днепр Карбышев попал в плен, за него начали усиленно бороться. Он прошел концентрационный лагерь Хаммельбург. К нему подсылали тех, кого он знал по работе над Брестской крепостью, а также крупнейшего немецкого фортификаторора профессора Гейнца Раубенгеймера. Дмитрия Карбышева уговаривали работать на Германию на любых, приемлемых для него,  условиях. Гитлеровцы очень рассчитывали на Карбышева, на его влияние и авторитет. Именно он, а не генерал Власов, по первоначальной задумке, должен был возглавить Русскую Освободительную армию.

60-летнего Карбышева отправили в концентрационный лагерь Флоссенбюрг, где стали использовать на каторжных работах особой тяжести. Когда пленные трудились над изготовлением могильных плит, он заметил: «Вот работа, доставляющая мне истинное удовольствие. Чем больше могильных плит требуют от нас немцы, тем лучше, значит, идут у наших дела на фронте».

18 февраля 1945 года в концлагере Маутхаузен генерал Карбышев замерз под струями ледяной воды, хотя запросто мог спасти свою жизнь и никогда не знать никаких трудностей. В 1948 году на территории бывшего концлагеря Маутхаузен был открыт памятник генералу. 

В своем стремлении создать единую экспозицию о береговых батареях, защищавших Одессу, Александр Николаевич Рысин исходил из того, что к великой Победе были причастны удивительные люди. Один из них – генерал Карбышев, чей инженерный гений позволил создать береговые батареи, способные сражаться, оставаясь практически непобедимыми. 

Уже нет Александра Никола­евича. Все больше времени проходит со времени войны. Уходят ветераны. Может, действительно, пришла пора создавать новые экспозиции, которые позволят открыть совершенно неизведанные страницы той давней и самой страшной из войн? 

Рубрика: 
Выпуск: 

Схожі статті