«Касаясь работы штаба армии по подготовке операции, следует отметить весьма положительную работу отдела связи штаба армии под руководством полковника (затем генерала) К. А. Бабкина, который при помощи своих самоотверженных связистов всегда и вовремя обеспечивал достаточно устойчивую связь по нескольким каналам как вверх, так и с войсками» (Еременко А.И. В начале войны. - М. : Наука, 1965)
Красная Армия вступила в Великую Отечественную войну с полевым телефонным аппаратом УНА-Ф-31 образца 1931 года. Он появился в результате усовершенствования своего старшего «собрата» – аппарата УНА-Ф-28. Наши связисты активно использовали также аппарат ТАБИП-1 с индукторным вызовом, без источников питания. Принцип действия аппарата основан на схеме Белла, в которой передача речи происходила за счет ЭДС, создаваемой в линии обратимым электромагнитным капсюлем телефонной трубки. В 1943 году в части стали поступать телефоны ТАИ-43 и УНА-ФИ-43, которые обладали повышенной дальностью действия. Они, в частности, применялись для телефонной связи между крупными войсковыми штабами по телеграфным линиям (одновременно с работой телеграфа). Полевой коммутатор ПК-10 на десять абонентов в кожухе защитного исполнения обычно использовался на КП стрелкового или артиллерийского полка.
Полевые телефоны, несмотря на свою функциональность, обладали одной критической точкой – они остро нуждались в полевом кабеле, который расходовался крайне быстрыми темпами. Уже проложенные линии связи не всегда успевали демонтировать, кроме того, большие запасы кабеля были потеряны в первые дни войны. Именно это, вкупе с недостаточным количеством аппаратуры и полевого кабеля в войсках, мешало ритмичной работе частей связи в начале войны. Произошло это и в связи с резким сокращением поставок. Ситуация разрешилась только после активизации промышленности и поставок кабеля по ленд-лизу. Только в 1944 году воюющие фронты стали обеспечиваться телефонными аппаратами и положенными им радиостанциями на 100 процентов и выше.
