Каждый праздник имеет свою родословную и по-своему уникален. День Победы, пришедший на нашу многострадальную, истерзанную фашистской нечистью землю в цветущем мае 1945 года, стал поистине всенародным. И ныне, спустя 71 год, он не потерял своей первозданной значимости и не показной, а реальной величавости. В большой степени и потому, что среди нас живут очевидцы тех далеких событий, непосредственные участники боев с гитлеровскими оккупантами. Именно они несут в сердцах и умах неопороченную правду о той войне. Среди них и Виктор Иосифович Любецкий, отмечающий в этом году свой 90-летний юбилей.
Ему было четырнадцать лет, когда теплым июльским днем 1941 года в село Неделково, что раскинуло свои ухоженные хаты на лесной Савранщине, ворвались немецко-румынские захватчики. До марта 1944 года в Неделково хозяйничали оккупанты, издеваясь над беззащитным мирным населением. Но им не давали покоя партизаны. И Виктор, как и другие его сверстники, рискуя жизнью, доставлял в лес народным мстителям продуты питания. Когда 27 марта была освобождена Саврань, Любецкого и его одногодков собрали в военкомате. После освоения двадцатичетырехчасовой программы подготовки молодого бойца, в мае, Виктора призвали в армию. В 14-м запасном артполку он начал осваивать науку уничтожения танков противника из знаменитой «сорокапятки». Было это возле деревни Сельцы в Рязанской области. В сентябре попал на 1-й Белорусский фронт.
Бывалые артиллеристы встретили приветливо, накормили, напоили и спать уложили в лесу на валежнике. «Обстреляли» новичков на импровизированном полигоне, а вскоре они приняли боевое крещение на Сандомирском плацдарме в составе 90-го стрелкового полка 95-й стрелковой дивизии 33-й армии. С боями, вслед за прорвавшимися вперед танкистами, освобождали Люблин, Лодзь, Краков, Познань... «К польско-германской границе мы вышли у села Русские Броды, – вспоминает ветеран. – У дороги я увидел большой лозунг, прочитал: «Вот она, проклятая Германия!». И поверишь, по коже мороз прошел. Вспомнил, как еще в школе мечтал побывать в Германии. И вот осуществилось. Но, конечно, не так, как мечталось».
Вспомнилось Виктору Иосифовичу ныне, как после освобождения Люблина расположились в лесу и поступил приказ сдать противогазы, так как по международной конвенции запретили применять газы в боевых действиях. «А в это время разведка выяснила, что в городе Франкфурт-на-Одере, к штурму которого готовилась дивизия, много химзаводов, – рассказывает фронтовик. – Ну, а мы ж то уже без противогазов. Вот начальство и отменило штурм. Нельзя ни бомбить, ни артиллерией бить по этой химии. Поступил приказ организованно оставить позиции, где мы два месяца грязь месили. Снялись с вечера и всю ночь тащили пушку к понтонной переправе через Одер, левее Франкфурта этого. Так сказать, скрытно обход совершали. На других переправах много наших полегло, а нас, видно, Бог миловал – без потерь на другой берег перебрались. Но как только чуть выдвинулись вперед, на нас хлынули бурные потоки воды. Это немцы шлюзы открыли, и вода буйно потекла по долине. Пехота и мы со своей пушкой кое-как выбрались на железнодорожную насыпь. Когда вода спала, мы по колени в багнюке направились через лесок к автостраде Берлин – Франкфурт-на-Одере. Тут и ясно стало, что наша-то главная задача – спешно оседлать ее, чтоб немчура не могла тут ни въехать в город, ни выехать».
Потом была такая артподготовка, что света белого не видно. А когда батальоны пошли в атаку, уцелевшие немцы открыли ураганный огонь. Пехота залегла. И тогда артиллеристы нанесли второй удар. На поддержку атакующим подоспели кавалерия и самоходки. Расчет сорокапятки старшего сержанта Саши Федорова двигался в боевых порядках, непрерывно ведя огонь прямой наводкой. Когда у деревни Макендорф погиб наводчик Александр Усиков, его заменил Виктор Любецкий.
Как только пробились на автостраду, надеялись на передышку, но немцы открыли огонь из дальнобойных орудий. От термитных снарядов все вокруг горело и плавилось. Противник начал подтягивать силы к автостраде, на которую уже стали приземляться наши самолеты. Пехота пошла в упреждающую контратаку. В расчете сорокапятки остались Федоров и Любецкий. Бойцы помогали им выдвигать орудие вперед вручную. «Командир наблюдал в бинокль, – вспоминает ветеран, – и как только обнаруживал, откуда бьет пулемет или фауст-патрон, указывал ориентир. Я тут же открывал стрельбу. Глаз у меня хорошо был наметан, четыре огневые точки удалось накрыть фугасными снарядами. Пехота нас ой как благодарила.
Помнится и бой за городок Бесков после форсирования канала Одер – Шпрее. Пулемет бил из окна церкви – головы не поднять. Я пустил туда пару снарядов, и он перестал строчить. Продвинулась пехота к пригороду поближе, а там снова пулемет с чердака здания застрочил. Оттуда все видно как на ладони. Бойцы снова подмогнули нам на удобную позицию выдвинуться, и я парой снарядов подавил пулемет. Что интересно, немцы в тылу еще не знали, что мы уже в пригороде и к железнодорожному вокзалу пригнали состав с пополнением. Фрицы построились, заиграли марш на губных гармошках, чтоб подбодриться. А тут – наш брат: хэндэ хох, фашистики! Всех разоружили и отправили в тыл под конвоем».
Я попросил Виктора Иосифовича написать о своих путях-дорогах фронтовых. И до глубины души меня взволновали слова, написанные на тетрадном листке в клеточку: «Извиняюсь за плохой почерк, ошибки, не писательское изложение событий. В этом году исполняется 90 лет артиллеристу 90-го СП. Плохо вижу, плохо хожу, многие болезни одолевают...».
Многоуважаемый Виктор Иосифович, дело не в ошибках, и не в красноречии, а в том, что Ваши слова идут от самого сердца и память все эти годы хранит имена боевых друзей – и павших, и живых, что Вы доносите святую правду о той войне до тех, кто обязан таким, как Вы, мужественным, добропорядочным людям, возможностью жить сегодня. Гордитесь тем, что с боями брали фашистское логово Берлин, участвовали со своей сорокапяткой в окружении и уничтожении крупной группировки врага в лесах юго-восточнее столицы Третьего рейха и удостоены за это благодарности Верховного главнокомандующего в его Приказе № 357 от 2 мая 1945 года. Носите с гордостью ордена Славы ІІІ степени, Отечественной войны ІІ степени, «За мужество», боевые медали.
Виктор Иосифович просил передать через газету привет всем фронтовикам и поздравления с Днем Великой Победы. И выразил надежду на то, что, может быть, эти строки прочитают бывший заместитель командира 90-го стрелкового полка по строевой части подполковник Резник, одессит, и его сверстники, призывавшиеся в действующую армию Савранским райвоенкоматом в апреле – мае 1944 года. Фронтовик будет рад, если они отзовутся. Это станет лучшим подарком к его юбилею.
