Олег Герасимов:«Попытки ограничить естественно-научный сектор в средней и высшей школе прорастут тяжелейшими последствиями»

Наше общество переживает этап тотального реформирования. В том числе – и в области образования и науки.  О том, что происходит в этой сфере в Украине и за рубежом - наша беседа с заведующим кафедрой общей и теоретической физики Одесского государственного экологического университета, доктором физико-математических наук, профессором Олегом Герасимовым:

- В прежние, советские, времена мы были разбалованы вниманием  государства к науке, образованию и к тем, кто ними занимается. Нам казалось, что государство, общество при любых условиях всегда найдет возможности поддерживать свою наиважнейшую  составляющую -интеллектуальную. Специалисты в области фундаментальных и конкретно естественных наук не слишком беспокоились о практических аспектах ее применения. Исповедуя концепцию, высказанную известным физиком, Нобелевским Лауреатом Львом Ландау о том, что нет ничего более практичного, чем хорошая теория… Когда же все изменилось, и наука стала восприниматься обществом лишь будучи ориентированной исключительно на прикладные  результаты, возникли серьезные проблемы. Впрочем, такого рода проблемы, а точнее задачи или даже вызовы возникают везде. За рубежом чистой наукой тоже могут заниматься отдельные коллективы. И там, как и у нас, преподаватели, в том числе ведущих университетов, ищут способных, талантливых студентов в надежде, что они продолжат традиции научных школ. 

Нынешнее состояние, вероятно, можно назвать кризисным. Когда  нет достаточно сбалансированного бюджета, развитой, растущей  экономики, наверное, нужно двигаться путем определения приоритетов. Надо выделять перспективные, обеспеченные кадрами и материальной базой (хотя бы относительно) направления, развитие которых государство будет финансово поддерживать на должном уровне. 

Что касается образования, изначально базирующегося на потенциале научных школ и их представителей, то, по моему мнению, любые отклонения от его фундаментальности чреваты катастрофическими последствиями. 

Я не хотел бы быть оракулом, но мне представляется, что попытки ограничить  естественно-научный сектор в средней и высшей школе прорастут тяжелейшими последствиями. Мы ведь живем в век технологий. Стратегия  любой технологии заключается в том, что  еще до момента своего внедрения она уже нуждается в дальнейшем развитии и совершенствовании. Успех продвижения в мире технологий зависит от того, как быстро осмысливаются и устраняются их недостатки, предлагаются новые версии. 

- Да-да, сегодня часто можно услышать: зачем детям физика и математика, если они уже в 5-6 лет отлично управляются с гаджетами. Мол, у них отлично поставлено логическое мышление, и перегружать их головы лишними знаниями не стоит. Насколько лукав и опасен такой подход? Не происходит ли определенной подмены понятий, когда манипулирование  технологически устроенными объектами оценивается как  качественный параметр развития  личности?

- Здесь как раз нет ничего удивительного. Мы все в какой-то мере являемся заложниками технологических прорывов и революций, предлагающих нам, как правило, сразу несколько возможностей решения насущных проблем - от профессиональных до бытовых. Человек становится своеобразным составным элементом, а не просто манипулятором в технологизированном обществе.

Общество, ориентированное на развитие, должно следить за тем, чтобы поддерживать рациональные  пропорции между пользователями, потребителями технологических достижений и теми, кто знает принципы, по которым они устроены, способен их совершенствовать и развивать. 

- А не опасна ли в принципе стремительная и тотальная технологизация?

- Действительно, технологии сегодня заменяют физиологические, творческие, мыслительные функции человека. Удобно, располагая парком современных устройств и методов, получать огромное количество информации, общаться с разными людьми, в сущности, абстрагируясь от их личностей, не затрачиваясь ни  эмоционально,  ни душевно. 

Высокие технологии, делающие жизнь современного человека более комфортной, представляют этакую ползучую и приятную опасность. Он далеко не сразу начинает ощущать ее угрозы. Потому что атрофия природных функций неизбежно порождает серьезные проблемы. Рождаясь для счастья, современный человек себя таковым не ощущает, он никак не может найти эту самую гармонию в окружении манипуляционных функций. Растет количество суицидов, неврозов, глубоких депрессий. Чаще всего это объясняют экономическими причинами – стесненные жилищные условия, невозможность позволить себе те блага, которые доступны кому-то другому. А ведь  причина происходящего может находиться глубже: утрачивая и притупляя природные функции, человек меняется настолько, что уже и сам не всегда способен оценить свое состояние, выбрать оптимальную поведенческую стратегию.

- Возможно, именно поэтому во многих странах резко расширили возможности для получения образования, давая людям шанс развиваться, искать себя и не зацикливаться на проблемах. Там увидели в образовании очень мощный регулятор психологического состояния людей. У нас, например, гуляет расхожее мнение о необходимости сократить в ближайшее время  количество вузов, учитывая при этом  не социально-психологические причины, как скажем за рубежом, а исключительно экономические. Правильно ли это?

- Да, у нас сегодня много говорят, что  есть сильные и слабые вузы. Надо разобраться, что к чему и оставить только сильные. Оставляя за скобками объективность таких суждений, замечу, что  эта ситуация напоминает предложение оставить, скажем, в джунглях только тигров. Они ведь очень сильные, мощные. Но что это за система получится? Тигры всех съедят, затем возьмутся друг за друга, а система в целом окажется обреченной на вымирание. 

В маленьком государстве  Черногории есть городки с населением в двадцать, тридцать, шестьдесят тысяч человек, где открываются учебные заведения. И не одно, а несколько! Возникает вопрос: им что, там  делать нечего в очень комфортных условиях жизни на побережье Адриатического моря? Оказывается, для ощущения жизненной гармонии людям не хватает знаний. И государство идет на столь затратный, да и рискованный шаг, как  открытие учебных заведений с маленькими, буквально кукольными факультетиками только для того, чтобы люди имели возможность получать знания, искать им применения. 

Например, в городке Катор с населением чуть более  20 тысяч человек открыто сразу несколько учебных заведений – институт туризма и факультеты трех крупных университетов. Слава и хвала мэрии, на плечи которой ложатся коммунальные расходы. Браво государству, которое идет на немалые расходы ради своих  образованных граждан. 

В отдельных  странах устанавливают специальные многолетние масштабные стипендии для талантливых молодых ученых. В Голландии, например, государственный  фонд научных исследований выделяет наиболее способным молодым исследователям крупный личный бюджет сроком на пять лет. Он может на эти средства приобрести оборудование, сформировать  группу сотрудников, то есть стать руководителем проекта. Если через пять лет признают, что его работа получилась серьезной и значимой, она получит дальнейшее продолжение. Если результат окажется отрицательным, никто по суду деньги с молодого ученого требовать не станет. 

Когда я работал в Техническом университете в Эйндховене, там начиналось всестороннее изучение свойств  космической плазмы. А сегодня, благодаря такой стратегии, эта программа  превратилось в важную составляющую Европейского космического проекта, который реализуется совместно с НАСА.

 - Как вы оцениваете тотальный подход к науке, реализуемый Китаем?

- К этому опыту я бы подошел со всей серьезностью. На решение любой задачи они наваливаются таким количеством людей и возможностей, с такой степенью государственной поддержки и заинтересованности, что положительный результат предрешен изначально. 

Частью государственной политики Китая стало инкорпорирование во все наиболее значимые международные проекты. Например, в мире практически нет ведущих журналов, изданий, где не были бы представлены китайские  ученые. Практически нет научных органов, комитетов, мировых структур, обходящихся без представителей Китая. Если другие страны могут превалировать в каком-то одном направлении научных исследований, то Китай движется общим фронтом по всем направлениям. 

- То есть у Китая появляются перспективы обойти в сфере науки Соединенные Штаты?

- Мы привыкли к тому, что  пик качества и интенсивности научных достижений приходится на США, так как там работают мощные научные школы. Сегодня американская научная школа уже не такая идеальная. Именно Китай сегодня приглашает к себе ведущих ученых, в том числе и из США, Великобритании, Франции, предоставляя более выгодные  финансовые и бытовые условия. Тут даже такой  супердержаве как США есть над чем задуматься. 

- Каково наше место во всех этих глобальных процессах? Судя по всему, оно никак не определено?

- Мы хотим вписаться в мировую систему  классификации кадров, например. Не буду говорить, насколько она объективна. Хотя не классификация определяет уровень профессиональной подготовки. Да еще зреет идея   оставить минимум вузов, не анализируя при этом, что они, вполне вероятно, захлебнутся от того количества задач, которое на них свалится.  

- У нас на сайте Минобразования можно увидеть массу рекламы зарубежных вузов. Если учесть, что с каждым годом вузы Болгарии Польши, Румынии, Чехии увеличивают количество бюджетных мест для студентов из Украины, получается, что государство само подталкивает лучших попытать счастья на чужбине. Есть ли аналогичная реклама за рубежом?

- Там она, в основном, касается престижных вузов или крупных программ. Требования, предъявляемые к кандидатам, достаточно высоки. А сами стипендии при этом не такие уж большие. Как правило, требуются дополнительные средства со стороны того, кто решится стать студентом престижного вуза или поработать в рамках международной программы. Потому такая реклама к массовому оттоку из страны талантливой молодежи на практике не приводит. 

Сегодня у нас люди агрессивны друг по отношению к другу, нетерпимы, нетолерантны, не хотят слышать собеседника. Особенно ярко это проявляется в политических баталиях на телевидении, когда оппоненты даже не дают друг другу высказаться. Отдельный всплеск эмоций может быть вполне понятен, но когда это становится нормой общения, приходится говорить о неврозе, в котором находится все наше общество.  

Возможно, это отчасти происходит из-за того, что система образования в нашей стране смещена, деформирована в сторону гуманитарных наук, а система координат, которую задают естественно - научные предметы и знания, угнетена и частично просто утеряна. У людей не сформирована правильная культура мышления, на которой базируются и культура общения, и организованность, и способность быть ответственным за свое поведение. Как следствие, они не умеют видеть себя со стороны, правильно оценивать свое поведение, свои действия.  

Мы часто слышим, что в системе подготовки кадров должны превалировать юристы, менеджеры, специалисты туристического бизнеса. В самой этой формулировке уже заложен перекос. Общество как система функционирует нормально, если в нем все сбалансировано и ничего ни над чем не превалирует. 

Если говорить о попытках реформирования системы образования в нынешних условиях, то быстрых результатов они не дадут. Что получится – хорошо или плохо – в любом случае, можно будет увидеть не ранее, чем через несколько лет. 

- Олег Иванович, новации в высшей школе сегодня стали называть тотальным тестированием. Действительно, из школы, где ребята проходят внешнее независимое оценивание, которое основано на прохождении тестирования, эта система оценки знаний перекочевала и в высшую школу. Получается, что подготовка у нас ориентирована на простое накопление знаний как в базе данных компьютера – эту роль теперь выполняет голова студента. И основная его задача заключается в том, чтобы, отвечая на вопросы теста, он сумел вовремя достать нужную информацию. Процесс мышления здесь сведен практически до минимума. При этом растет количество ситуаций – предотвращение и ликвидация последствий техногенных катастроф, разработка новых технологий, новых типов лекарственных препаратов, где необходимы нестандартность мышления и свободное владение большим объемом знаний из самых разных областей… 

- Я лично  отношусь  к тестам без особого одобрения. Конечно, я использую их в работе. Но считаю, что тесты можно давать  людям, которые хорошо подготовлены. Когда же видишь студента, грустно водящего пальцем по тесту и никак не могущего выбрать из четырех ответов правильный, начинаешь сомневаться  в рациональности предложенной системы. Да, тесты позволяют как-то сориентироваться в изучаемой дисциплине, но не более. Если знания не систематизированы, тестирование напоминает мне рыбалку. Человек надеется поймать крупную рыбу, а вытягивает в лучшем случае мелкую, и то, если повезет. 

Я рассматриваю тотальное увлечение тестами как временную меру, которая как можно быстрее должна уйти. Она пригодна на переходный период, но  резко занижает качество подготовки. Во всяком случае, она должна соседствовать с индивидуальными методами и обучения и конт­роля знаний.  

Справка «ОВ»

Олег Герасимов. Родился в Одессе. Окончил физический факультет ОГУ им. И.И. Мечникова. Доктор физико-математических наук, профессор,  Академик АН Высшей Школы Украины, заведующий кафедрой общей и Теоретической физики Одесского Государственного Экологического университета. Работал в рамках проектов ЕС и НАТО, Министерств Науки и Образования Бельгии, Голландии, Японии, Италии, Саудовской Аравии, Кипра. Автор более двухсот статей и пятнадцати монографий, учебников.  Командор Ордена Короны Королевства Бельгии. 

На снимке: Олег Герасимов и лауреат Нобелевской премии по химии Илья Пригожин (слева – направо). 2003-й год

 

Рубрика: 
Выпуск: 

Схожі статті